Книга Темный Юг, страница 40 – Алена Лотос

— Я в этом уверена, — прошептала Ева, оглядевшись по сторонам.

Зеленые глаза сверкнули, выискивая врагов. Ведь даже у стен есть уши. А ее магия вновь слишком слаба, чтобы противостоять им всем. Клеймо на плече болезненно заныло, стоило только девушке вспомнить об отобранной и запечатанной магии.

— Ты что-то видела? — едва слышимо спросил Артур.

Слуги открыли двери, ведущие в сад. Две фигуры, с ног до головы одетые в черное, встревоженными воронами ринулись к лысым деревьям. Маленькие серенькие почки постепенно набухали на ветках под низким небом. Из туч накрапывал мелкий дождь. Погода совершенно не располагала к прогулкам, оттого, особенно подходила для приватных бесед. Взявшись под руки, Артур и Ева медленно шли меж нестриженных кустов.

— Это не слуги. С носилок свесилась женская рука, — делилась Ева. — Два золотых перстня с рубинами, бриллиантовый браслет с монограммой М и какой-то крошечной рогатой фигуркой… Либо здесь очень богатые слуги, либо…

— Либо, мы только что провожали в последний путь госпожу Маре́й Са́льво, троюродную племянницу Темного Дифу́ра, из рода Мо́нгов, хранителей земель Северной Эрва́ны, — закончил Артур, еще больше нахмурившись. — Я видел ее вчера в толпе в парке. Марей всегда была невоздержанной, но, чтобы умереть во дворце во время празднования Весеннего равноденствия… Праздник собрал кровавую жатву на этот раз…

— Откуда ты все это знаешь? — дала волю своему удивлению Ева.

— Я провел в этих стенах некоторое время, чтобы познакомиться со всеми важными и не очень людьми, — хмыкнул Артур, и заботы на его челе немного разгладились.

— Ты не говорил об этом, — буркнула Ева, то ли обиженно, то ли расстроенно.

— Не думал, что эти знания когда-то пригодятся, — широко улыбнулся Артур. — Ведь я планировал связать жизнь с тобой и жить в Заповедном лесу, как отрезанный ломоть великого рода.

Они остановились возле старой раскидистой рябины. Три воробья дрались на макушке за право обладания парой последних зимних ягод. С ладоней Евы посыпались маленькие серебристые искорки. Магия взобралась на самый верх, разогнала испугавшихся пичуг и насыпала в ладони целительницы немного красных плодов. Ева принюхалась, помяла ягодымежду пальцев и с отвращением бросила их на гравийную дорожку.

— Они мертвы. В этих ягодах нет силы, — строго и недовольно резюмировала целительница. — Его рецепт не сработал бы.

Воробьи, завидев брошенную добычу, кинулись Еве под ноги. Девушке пришлось чуть ли не пинками отгонять птиц от выброшенных ягод. Остановить нашествие удалось только после того, как рябина превратилась в черную кашицу, перемешанную с мелкими камушками.

— Их нельзя есть. К ним лучше вообще не прикасаться. Этот сад болен, — отрывисто проговорила Ева.

Пока Артур стоял на месте и вертел головой на голос жены, Ева перебегала от дерева к дереву. Тут и там на коре находились тонкие разломы, пораженные красной, словно запекшаяся кровь, плесенью. Молодые почки покрылись склизким, как насморк, налетом. Последние ягоды, оставшиеся на деревьях, забродили или сгнили. Одним словом, фруктовый сад, гордость Высших сюзеренов, поразила та же темная болезнь, что и обитателей дворца.

— Здесь нельзя ничего есть. Здесь даже воздух отравлен. Нам лучше поскорее убраться отсюда, — мрачно промолвила Ева. Девушка схватила своего мужа за локоть и повела прочь из сада, туда, где виднелись темные границы Заповедного леса.