Книга Убей или люби!, страница 19 – Анастасия Суворова

Нет, нет, это не обязательно, но… очень вероятно. Она не девственница. Опытная и, похоже, любвеобильная.

Воображаю, как она отдавалась кому-то из паломников, и нутро сводит, будто из него вмиг всю влагу выкачали и вместо нее кислоты накачали. Больно до зубного скрежета.

В попытке замаскировать свою реакцию, излишне резко сдергиваю с девушки платье. Она тихо стонет, и этот тугой, протяжный звук, как ударный аккорд, ложится на мои воображаемые картины. Я вздрагиваю и комкаю платье, что оказывается у меня в руках. Как только не разрываю его в клочья?

— Скай? — тихо зовет брат и даже рукой своей мой сжатый кулак накрывает. — Хочешь ей помочь,забудь про себя, хоть ненадолго, — советует он, и я вздрагиваю, будто он не словами в себя привел, а хорошим таким ударом по роже.

— Порядок, — заверяю его и ведьму, которая все это время сидела молча и то на меня, то на Дамира поглядывала.

— Тогда я приступаю, — говорит она.

Киваем. Синхронно и старуха начинает свою работу.

Скай

Все происходит быстро. Ведьма знает свое дело и поражает этим не мало. Сухонькая, невысокая, а ручища, как клешни: жесткие, резкие, сильные. Она ловко перехватывает Грейлу и вправляет один за другим позвоночные диски. Я слышу хруст и слабый стон больной. Подозреваю, орала бы она так, что колонны и свод треснули б, не накачай ее рыжая опием.

— Это все? — спрашиваю недоверчиво, когда ведьма встряхивает руками и поднимается на ноги. — Она будет ходить?

— Время покажет, — лаконично отвечает та.

— Сколько времени? — допытываюсь я. Возможно, излишне сильно давлю и взглядом еще какую-то дикость и страх выражаю, но о лице не думаю в эту минуту.

Вообще забываю, что на чужой территории. А не следовало бы, ведь безразличие к моей персоне лишь видимое. Наверняка сестры Грейлы наблюдают и ринутся на меня в случае чего.

— Сколько ей нужно будет времени для восстановления⁈ — продолжаю дожимать ведьму, которая полирует меня совсем уж несвойственным для ситуации взглядом. Сострадательным таким, почти материнским.

— Не знаю, — тихо роняет она и отходит к жаровням. — Девочки, — обращается уже к своим подопечным, — приготовьте восстанавливающий отвар и сонный на всякий случай.

— Сейчас, — кивают те и начинают греметь тиглями, я же снова закусываю кулак.

Морщусь, хмурюсь, потом к Дамиру поворачиваюсь.

— Зачем ей сонное зелье, она ж под опием?

От усмехается, снова щурит свои хитрющие глаза, но поясняет:

— Это для тебя.

— Зачем? — недоумеваю я.

— Что б отдохнул. Нервы в порядок привел.

— Нормально все со мной! — толкаю агрессивно.

— Ну, ну, — откровенно потешается Дамир.

Уже хочу сказануть ему что-нибудь грубое, да не успеваю, к нам подходит Леам.

— Вот, — протягивает он кусок не слишком новой, но вроде как чистой ткани, — это для Грейлы. А это… — Леам вынимает из-за спины другую руку и подносит мне чарку с чем-то темным и ароматным. — Это для тебя.

— Сонный взвар? — не тороплюсь я принимать напиток.

— Почему сонный? Медовый, примирительный, так сказать, — улыбается он во все зубы. — Ты ж теперь с нами, да?

— Да щас! — рычу в ответ, а сам тут же дергаюсь, потому что Грейла пытается пошевелиться и снова стонет. — Эй, тише, тише, — придерживаю ее, касаясь обнаженной спины руками. — Не так резко,ладно?

— М-м-м… — мычит она, ерзая.