Онлайн книга «Рассвет и лед»
|
– Думаешь, что сможешь противостоять мне? Голос сотрясает стены и бьет по барабанным перепонкам. Я падаю на колени, ударяюсь о каменистую землю и закрываю уши руками. Хочу защитить свой разум, но все без толку. Меня окружают трупы с остекленевшими, налитыми кровью глазами. Бледные лица плавают подо льдом словно в ловушке. Протухшая вода заливается в меня. Воздух не поступает в легкие. Я тону во льдах, крови и ужасе. * * * Очнувшись, я обнаружила себя лежащей, свернувшись клубком, на каменистой земле. Совсем одну. Мне потребовалось немало времени, чтобы заставить онемевшие конечности двигаться. Кровь приливает к кончикам пальцев. Я стискиваю зубы от боли. С трудом поднявшись на ноги, прислоняюсь к стене. Голова кружится. Я взглянула на Килона. Дыхание тяжелое, каждый вздох заканчивается хриплым стоном. Брат не реагирует, когда я сжимаю его руку. – Пожалуйста, братишка, не оставляй меня с ним одну… Со стороны, должно быть, я кажусь жалкой и убогой. Сила Норсака повергла меня в шок. Руки трясутся, тошнота так и не отступила. – Интересно, что он потребовал от тебя в обмен на силу… Я смотрю на свою руку. – Жертвоприношение… Он говорит, что сделал это для моего же блага… Собирался ли он сделать то же самое с тобой? Отрубить пальцы? Руку? Выколоть глаз, чтобы ты был больше похож на Киларнека? Мне показалось или уголки губ Килона дернулись? Улыбка? Гримаса боли? Мне отчаянно хочется верить, что мы оба выживем. – Он хотел остановить «Полярную звезду»… Считал, что здешние края священны… Грудь Килона едва заметно вздымается. Я продолжаю говорить с братом, чтобы успокоить его или убедить себя, что я не одна в этой ледяной пещере с безумцем. – Он использует тупилаков, чтобы насылать проклятия. В его нагрудном кармане я нащупываю статуэтку, вырезанную старушкой Сисси. – Он послал тебя в Кууммиут, чтобы ты украл их. Затем он проклял тебя при помощи этого ритуала с кровью и этого отвратительного алтаря… Ладонь Килона сжимает мою, будто он пытается ответить. Его веки дрогнули. Сомкнув пальцы на запястье, я чувствую припухлость. Еще одна рана, которую я не заметила? Я подворачиваю рукав его кожаной туники, украшенной маминой вышивкой. По всей руке тянутся длинные шрамы. На самых старых появились волдыри, другие же покрыты красноватой корочкой. Меня снова начинает тошнить. – Твоя кровь… Он использует твою кровь для подпитки своей силы… Я бросаю взгляд на вырезанный из камня алтарь с красновато-коричневыми отметинами… Именно здесь Норсак окунает тупилаков в кровь собственного сына, прежде чем наложить на него проклятье. – Только злобный дух станет питаться кровью. Во всех шаманских трактатах, которые я читала, не упоминалось о кровавых жертвоприношениях в обмен на услугу. – Похоже, у семьи нашего отца имеются свои собственные ритуалы. Они хранились в тайне на протяжении многих поколений… Тело Килона вновь обмякло. Я пытаюсь воссоздать в голове карту по памяти. На восточной стороне горы нет ничего, кроме скал, – километры черного базальта, изрезанного ветрами. Двигаясь на север, можно добраться до Моржового мыса, где «Полярная звезда» села на мель. Крепкая упряжка с опытным погонщиком проделает такой путь за два-три дня. Сунилик умерла в начале марта, поэтому Януку не было нужды оставаться рядом с Норсаком. Остался только Килон. |