Книга Рассвет и лед, страница 130 – Хелен Мерелль

Я знала об этой легенде. Но уверена, Норсак пальцем бы не пошевелил ради спасения Сунилик, неважно, способен ли он на это или нет. Обида изгнанника на всех слишком сильна. Его энергия настолько плотная и насыщенная, что поглощает весь воздух в пещере, а сам он похож на монстра, вышедшего на охоту. От этих ощущений меня начинает подташнивать.

– Что случилось с Януком, после того как ты отказался помочь его жене?

Норсак пожимает плечами. Я могу лишь предположить дальнейшее развитие событий. Янук отвел Килона к своему бывшему наставнику, надеясь убедить его. Затем он привел жену и пообещал оказать любую услугу в ответ на помощь Норсака… но тот отказался, и Сунилик умерла в долине Анори. Убитый горем Янук похоронил жену. Что случилось с ним потом? Ведь дух Янука совсем рядом…

– Он пришел сюда, да? Хотел отомстить тебе или забрать Килона. Янук понял, что совершил ошибку, доверившись такому человеку, как ты!

– Янук всегда был слабаком. Запудрил мозги твоему деду, а потом и своей жене! Он не мог принять решение и следовать ему. И получил то, что заслужил.

От циничности Норсака меня бросает в дрожь. Он позволил белой ночи погубить Янука… Или же сам прикончил его и забрал винтовку. Наверное, правду я никогда не узнаю. Но сейчас меня куда больше волнует моя собственная жизнь и жизнь моего брата.

– Килон – твой сын. Если ты и правда можешь его спасти, то сейчас самое время сделать это!

Моя попытка не вызывает у отца никакой реакции. Но я продолжаю настаивать:

– Я знаю, что тебе чужды отцовские чувства, но ведь ты гордишься своим родом. И хочешь, чтобы он продолжался!

Норсак кладет недоеденный кусок рыбы в мешок и вытирает рот тыльной стороной ладони. Он совершенно не выглядит раздосадованным, а, наоборот, крайне довольным собой.

– Для этого он мне не нужен. Продолжение моего рода – это ты, Десна Куниторнаак.

Все в нем отталкивает меня. Его грязное лицо, высокомерие, мерзкая магия и воспоминания о чудовищных поступках, которые он однажды совершил. Я даже не пытаюсь скрыть отвращения:

– Я твоя дочь, кивиток. Килон хотел познакомиться с тобой, но мне все равно, жив ты или мертв. Я не принадлежу к твоему роду.

Отчасти мне хотелось уколоть его побольнее, но ничего не вышло. Норсак абсолютно равнодушен к моим словам.

– Это не тебе решать. Ты носишь мою фамилию, в тебе моя кровь. Ты – часть меня!

Он прав. И я ненавижу это. Если бы можно было изменить цвет глаз, я бы это сделала. Я показываю Норсаку левую руку. Меня трясет от злости.

– Я была твоей дочерью до двух лет. Ты сам оборвал связь со мной!

Я показываю ему шрамы. Я предпочитаю прятать руку от посторонних, но сейчас я размахиваю ею у отца перед глазами. Все мое тело содрогается от ярости, даже голос срывается.

– Скажи, что заставило тебя держать руку маленькой девочки во льду? Ты чувствовал боль или хотя бы угрызения совести, когда мои пальцы пришлось ампутировать?

Его золотые глаза абсолютно пусты. Но я все помню. Моя левая рука дрожит. Воспоминания хаотичным потоком застилают разум. Непонимание, ужас… кожа, посиневшая от обморожения, черные волдыри. Лихорадочный бред. Я помню, как плакала, кричала, звала маму, пока не сорвала голос. И все это происходило под взглядом тусклых глаз отца, лишенных жалости. Точно так же он смотрит на меня сейчас.