Книга Гленнкилл: следствие ведут овцы, страница 89 – Леони Свонн

– Корм! – блеяли они.

Корм?! Овцы Джорджа неуверенно переглянулись. А что вообще значит – быть «мясной породой»?

Первые овцы Габриэля уже подобрались к оборонительному кольцу и потянули морды к «Месту Джорджа». То, что они там унюхали, показалось им убедительным. Они начали протискиваться меж овец Джорджа, словно сквозь живую изгородь. Моппл в негодовании заблеял. Отелло фыркнул.

Теперь, когда они поняли, где найти лучший корм, овцы Габриэля молчали, обсуждать стало нечего. Неудержимо, как вода, они со своими жуткими глазами на пустых лицах бесцеремонно ломились к «Месту Джорджа». Если бы не Отелло, стадо Джорджа уже сдалось бы. Не только из-за неудержимой толпы, но из-за напряжения. Они не предполагали, что оборона «Места Джорджа» будет такой безмолвной и жуткой.

Внезапно Корделия возмущенно заблеяла: одной особенно коротконогой молодой овце удалось оттеснить ее в сторону и прорвать оборону. Отелло тут же подскочил и энергично вытолкнул оккупанта наружу. Тем не менее он выглядел недовольным.

– Так не пойдет, – прорычал он.

Как бы они ни старались, овцам Джорджа пришлось шаг за шагом отступать. Один лишь Моппл не покинул свою изначальную оборонительную позицию и стоял на ней несокрушимый, как скала. Он боязливо озирался во все стороны, где овцам Габриэля удалось оттеснить его стадо. Лицо Зоры сохраняло стоическое выражение, но задние ноги уже стояли меж запретных трав. Овец Габриэля было просто слишком много. Кажется, «Месту Джорджа» настал конец.

Внезапно Отелло оказался рядом с Лейн.

– Беги! – сказал он ей. – Найди Мельмота и приведи его сюда!

– Где? – Лейн была овцой, которая быстро схватывает суть вещей.

– Не знаю! – раздраженно бросил Отелло. – Где-нибудь!

Звучало не слишком обнадеживающе. Но Лейн обрадовалась, что больше не придется быть живым щитом. Бегать она умела. Лейн была еще и самой быстрой овцой отары. Без лишних слов она протиснулась между овец Габриэля и поскакала прочь. Отелло занял ее оборонительную позицию между Хайде и Мисс Мапл.

– Но как Мельмот уведет их отсюда? – спросила Хайде. – Он же не вожак. Они за ним не пойдут.

– Они за ним не пойдут, – согласился Отелло. – Они обратятся в бегство!

Мапл недоверчиво фыркнула. Даже Хайде состроила скептическую физиономию.

Овцы Габриэля тем временем поняли, что проще встать боком и всем телом навалиться на оборонительное кольцо. Овцы Джорджа застонали.

И тут у Зоры лопнуло терпение. Она изо всей силы ущипнула оккупанта прямо за нежный овечий нос. Овца громким блеянием подала сигнал тревоги. Все незнакомые овцы подняли головы. На секунду повисла угрожающая тишина.

Но затем все продолжили толкаться и давить, давать отпор и сопротивляться. По крайней мере, овцы Джорджа получили секунду передышки. Но в блеянии укушенной овцы слышалась такая боль, такой испуг и отчаяние, что у овец Джорджа отпало желание вновь применять насилие.

И вдруг – внезапно! – овцы Габриэля перестали напирать. Они просто остановились и начали прислушиваться к темноте. Их бока вздымались и опускались, дрожа от напряжения – а возможно, от чего-то еще. Вокруг них, подходя все ближе, в ночи кружило темное тело.

* * *

Позже никто из овец не мог вспомнить, что именно произошло. Побег и сбившееся дыхание, группировка и бросок врассыпную, слепое волнение и напряженное ожидание. Никакой паники, никакой безысходности в движениях. Всегда предстояло сделать еще один шаг, единственно возможный шаг. Где-то снаружи кто-то незримый – его присутствие не ощущалось, но предполагалось – мастерски их оберегал.