Книга Пожиратель Людей, страница 15 – Никки Сент Кроу

Я наблюдаю за толпой. Паламетто уже растворилась в ней. Я проверяю, что мой камень всё ещё висит у меня на шее.

— Мы кое-что из этого получили. Венди была здесь. Её пытались убить. Не смогли.

— Но это не может быть правдой. Венди была смертной, когда прибыла на Острова. Она бы ни за что не выдержала час в петле.

Воображение подсовывает мне картину Венди, бьющейся в петле, ноги пинают пустоту, и меня это чертовски выбешивает. Меня однажды вешали. Казнь закончилась плохо для палача.

— Нам нужно узнать больше о смерти виконта, — говорю я, размышляя вслух. — Если он и правда забрал Венди к себе, на момент смерти она считалась его собственностью. Нам просто нужно выяснить, кто забрал его активы.

— Ну удачи нам, — фыркает капитан.

— Капитан, пессимизм тебе не к лицу.

— Да иди на хуй.

— Ты сексуален, когда злишься, — смеюсь я и снова выхватываю у него ром.

— Заткнись. Хватит со мной флиртовать, — он избегает смотреть прямо на меня. Но я замечаю, как он украдкой поправляет себя.⁹

Я съезжаю по скамье, прижимаюсь телом к капитану. Он отстраняется, но я хватаю его за руку и удерживаю возле себя.

Наступает миг, когда всё напряжение будто вытекает из его тела, и он обмякает рядом со мной, его бедро прижимается к моему. Он тёплый и мягкий, и враждебный. Всё, что я люблю.

— Это тоже часть игры, зверь? — хмурится он на меня.

— Сделай глубокий вдох, — говорю я ему.

— Зачем? — он смотрит на меня настороженно.

— Ты мне не годишься, если ты на взводе.

— Я не…

— Ты на взводе.

— Я не на взводе.

— Сделай глубокий вдох.

Я хочу слепитьего, заставить поддаться мне. Хочу увидеть, как он стягивает маску и становится чем-то другим: собой.

— Давай, Капитан.

Он шумно выдыхает, а потом глубоко вдыхает.

— Ещё раз, — говорю я.

Он делает ещё один глубокий вдох, лёгкие расправляются.

Я вижу момент, когда волшебная магия просачивается в его кровь. Вижу момент, когда тревога и настороженность отступают.

— Лучше? — спрашиваю я.

Он смотрит на меня чуть затуманенным взглядом:

— Это опасно, — заплетающимся языком говорит он.

— Почему?

— Потому что я… — он закрывает глаза, тяжело сглатывает.

— Потому что ты что?

— Потому что я сейчас не чувствую страха, — его глаза распахиваются и фокусируются на мне. — Я должен тебя бояться. Должен быть начеку, когда ты рядом.

— Я не причиню тебе вреда, Капитан, — обещаю я ему. — Я не нахожу удовольствия в твоей боли.

— Однажды находил, — его крюк поворачивается у него на коленях.

— Конечно. Давным-давно.

— Что изменилось?

Всё,— думаю я.

— Теперь я нахожу удовольствие в том, как ты извиваешься.

— Другой вид пытки, — его голос — раздражённое ворчание, но я замечаю, как выпуклость между его ног становится больше.

— Почему бы тебе не поддаться мне, — говорю я. — И позволить мне искупить то, что я сделал с тобой все те годы назад.

Он втягивает ещё один глубокий вдох, на этот раз по собственной воле, и оставляет глаза закрытыми на один удар сердца, два, три. Я слышу, как кровь гонит по его венам, как искушение бьётся где-то на задней стороне его языка.

Когда его глаза снова распахиваются, он смотрит прямо на меня, потом на мой рот, на крокодильи зубы, вытатуированные у меня на шее.

Я не уверен, что жажду искупления, но то, как он на меня смотрит, будто боится, что я обман… Крокодил, прячущийся под грязью, с зубами, готовыми сомкнуться, заставляет меня усомниться в себе.