Онлайн книга «Трюкач. Выживший во Вьетнаме»
|
– Все идет замечательно, саrо. Сверх наших ожиданий. – Помогите, – умолял Камерон. – Помогите. Да Фэ сделал ужасную гримасу: – Нет времени, саrо. Начинается прилив. – Послушайте, я не могу больше плыть! Не могу! – Пользуйся перекладинами, – ответил да Фэ, направляя один из прожекторов так, чтобы показать всю сеть горизонтальных опор, которые, соединяя одну группу свай с другой, тянулись в пространстве под казино, как нескончаемая цепь препятствий. – Слушайте, Готтшалк сказал, что патроны будут холостые. – Конечно, саrо. Только холостые! – Но я видел всплески! Оператор появился в луче света, поднял руки и, оттянув назад резинку рогатки, выстрелил из нее Камерону под ноги. – Видишь, сагr? Вот так мы делаем всплески. Детской игрушкой. – Но ведь я истекаю кровью, – сказал Камерон, делая отчаянные попытки оттянуть время. – Ракушки разодрали меня в клочья. – Прости меня за ракушки, саrо. Мы их как-то не учли. Однако они оказались очень кстати и добавили еще одну деталь к ужасу твоего спасения. Итак, когда я снова дам свисток… – Нет! – закричал Камерон. – …ты услышишь еще выстрелы. Ныряй, а затем, хватаясь за перекладины, двигайся к пирсу. Как можно быстрее. Готов? – Ничего не поделаешь, – сказал Камерон. – Все по местам! – Нет! Но когда раздался пронзительный свисток и снова послышались выстрелы, он автоматически отшатнулся и спрятался за сваю, пока все не стихло; затем, переходя от одной перекладины к другой, раскинув для равновесия руки и хватаясь за бревна, как пьяный за столбы, он двинулся к берегу. Сначала он двигался медленно из-за боязни упасть в воду, но вскоре сообразил, что может перепрыгивать с одной перекладины на другую, пока они свободны от набегающих волн, и так добираться от сваи к свае, пока гребень следующей волны не накроет его. С этой минуты его действия были безошибочны и соответствовали прекращению выстрелов и ритму моря, пока, согревшись от напряжения, уверившись в своей технике и вдохновившись ловкостью, он не начал перескакивать с одной перекладины на другую с легкостью самоуверенного ребенка, пробирающегося через игрушечные конструкции. Когда через несколько минут раздался свисток, он поднял глаза и был поражен, что уже находится под пирсом. Я на полпути, думал он радостно, я сделаю это… Но в следующий момент он услыхал звук разбивающейся о берег волны, почувствовал, как задрожали бревна, и в беспокойстве обернулся к лодке, плывущей рядом с ним. Да Фэ был в приподнятом настроении. – Ты не представляешь себе, саrо! Тени на потолке, внушающий невероятный страх свет, череда свай и постоянно вздымающееся море. Это потрясающе! Как спасающийся бегством человек в кошмарном сне! – Прислушайтесь к прибою! – сказал Камерон, стуча от дрожи зубами. – Мне не нравится этот звук. Да Фэ приставил руку к уху и потряс головой. – Прибой! – прокричал Камерон. – Подожди, пока мы сделаем такой звук, как надо, саrо. Прибой будет грохотать. Он поглотит все. Он будет в самом деле страшным. – Вы ненормальный, – ответил Камерон. – Вы понимаете это? Вы чертов сумасшедший! Но оператор не слушал. – С этого момента, саrо, пути назад нет. Впереди волны, обрушивающиеся на сваи. Вверху по пирсу бегает полицейский. Внизу начинается прилив. Скоро тебе не за что будет уцепиться. Твой единственный шанс – это море. Ты будешь колебаться мгновение, затем нырнешь в воду и поплывешь прочь от пирса. Мы будем снимать, как прибой в лунном свете выносит тебя на берег. |