Книга Заложники пустыни, страница 78 – Сергей Иванович Зверев

Верил ли им Модибо Тумани? Скорее да, чем нет. Эти люди не были туарегами, несмотря на то, что на них была одежда туарегов. Не были они и французами — они ничем не походили на французов. Вероятно, они говорили правду, когда утверждали, что прибыли издалека, из тех самых краев, откуда несколько лет назад прибыли в Мали солдаты, помогавшие малийцам изгонять французов и отбросить далеко в пустыню туарегов.

Вот такие это были люди, и потому Модибо Тумани не имел права не отвечать на их вопросы. Тем более что они сказали, что прибыли в Мали специально затем, чтобы помочь ему в его горе. Это означало — чтобы помочь освободить жену и детей.

— Вот как было дело… — начал Модибо Тумани.

И он сухо, по возможности коротко рассказал Баеву и Белокобылину обо всех своих злоключениях.

— Что ж, понятное дело, — сказал Белокобылин после того, как Модибо Тумани умолк. — В общем и целом так мы и предполагали… А теперь у меня такой вопрос. Что это за собрание у вас было этой ночью? Что вы обсуждали?

— А вы что же, знаете и об этом? — удивленно спросил Модибо Тумани.

— Ну, вы так галдели, что было слышно даже за городом, — улыбнулся Белокобылин. — Вот мы и услышали… Ну, так о чем был разговор?

Пришлось Модибо Тумани отвечать и на этот вопрос.

— Вот, значит, оно как! — присвистнул Белокобылин. — Ну и что решили?

— Будем искать, — ответил Модибо Тумани. — Утром и отправимся…

— Что же — всей компанией? — уточнил Белокобылин.

— Нет, — ответил Модибо Тумани. — Некоторые останутся в городе. Те, которые не захотели идти. Я никого не принуждал. Сказал, что это дело добровольное. Потому что оно больше касается меня, чем еще кого-то.

— Значит, решили идти и взять в плен Амулу, — вступил в разговор Баев.

— Да, — ответил Модибо Тумани. — Мы обязательно его найдем. И он нам скажет, где моя жена и мои дети!

— Ты знаешь, где искать Амулу? — спросил Баев.

— Это не имеет значения! — резко ответил Модибо Тумани. — Найдем…

Белокобылин внимательно посмотрел на собеседника и сказал:

— У нашего народа есть такая поговорка: «Пойду туда, не знаю куда, принесу то, не знаю что». Переведи ему эти слова как можно подробнее. Пускай он их осознает и прочувствует.

Баев, как мог, перевел. Модибо Тумани долго молчал, затем упрямо мотнул головой и сказал:

— Все равно пойду и найду! Ничего другого мне не остается!

— Только людей зря положишь, — вздохнул Белокобылин. — А у них, наверно, тоже имеются жены и дети. Не жалко тебе чужих жен и детей? И их отцов тоже не жалко? А вот мне, представь, жалко. Хотя я и не знаю никого… Вот видишь, как удивительно получается! Ты их знаешь, и тебе их не жаль. А я не знаю, и мне — жаль. А отчего оно так?

На этот вопрос Модибо Тумани не ответил ничего. Он молча сидел за столом и теребил в руках тряпичную обезьянку.

— А я тебе сам скажу, отчего оно так, — так и не дождавшись ответа, сказал Белокобылин. — А потому тебе их не жаль, что ты неправ. А вот мне их жаль потому, что я — прав. Видишь, как оно удивительно получается? Баев, переведи ему мой монолог во всех подробностях…

Баев перевел, но и сейчас Модибо Тумани ничего не сказал.

— Глупость ты затеял, парень! — строго произнес Белокобылин. — И тем более это глупость, что о вашем ночном собрании Амулу наверняка уже знает. Ну или будет знать в самом скором времени.