Книга Заложники пустыни, страница 80 – Сергей Иванович Зверев

— Откуда она у тебя? — спроил Белокобылин.

— Мне ее дал Амулу, — ответил Модибо Тумани.

— Вот как? — удивленно спросил Белокобылин. — Значит, лично Амулу… И зачем же он это сделал?

— Он этого не объяснил, — сказал Модибо Тумани. — Просто молча сунул обезьянку мне в руки и так же молча ушел. Это было во время нашей последней встречи.

— Ты точно знаешь, что это игрушка твоей дочери? — спросил Баев.

— Мне ли этого не знать… — горько усмехнулся Модибо Тумани.

— Ну и что ты думаешь по этому поводу? — спросил Белокобылин у Баева.

— Думаю, что этот Амулу хороший психолог, — ответил Баев. — Ведь это не просто игрушка. Это тонкий и расчетливый удар. В самое больное место… Скорее всего, Амулу рассчитывал, что после такого удара Модибо Тумани слетит с катушек. Начнет делать всякие глупости… Что, собственно, и случилось. Едва не случилось. Хорошо, что мы подоспели вовремя. Да уж, тонкий психологический жест, ничего не скажешь. Похоже, ко всему прочему, этот Амулу — умный человек.

— И я так думаю, — согласился Белокобылин. — И бесстрашный, и умелый, и подлый, и умный… Вот ведь сколько всего намешано в человеке! Что ж, примем к сведению.

Сказав это, Белокобылин подошел к Модибо Тумани и осторожно взял у него из рук игрушку.

— Вот что, — сказал он. — Пускай она пока побудет у меня. Так будет лучше. Всем будет лучше — и тебе самому, и нам. Ты малость придешь в себя, мы будем знать, что ты больше не наделаешь никаких глупостей… А потом, когда все закончится, я тебе эту обезьянку верну. Договорились?

Несмотря на то, что поступок Белокобылина был в высшей степени неожиданным, равно как и его слова, Модибо Тумани безропотно отдал тряпичную обезьянку.

— Вот и хорошо, — сказал Белокобылин и похлопал Модибо Тумани по плечу. — Ну а теперь будем думать, что делать дальше…

Белокобылин и Баев оказались правы. Утром Амулу встретился с Андрэ и Гастоном. Содержимое записки его встревожило. И в первую очередь его встревожило то, что Модибо Тумани объявил, по сути, на него охоту. Модибо Тумани был опасным противником, Амулу это прекрасно знал. И он опасался Модибо Тумани. Конечно, Амулу старался никому не показывать своих опасений, но самого себя не обманешь.

Предпринять какие-то самостоятельные действия Амулу не мог — он находился в цепких руках Андрэ и Гастона. Оттого он с утра пораньше и побежал к ним сообщить о последних новостях и посоветоваться.

— Долго спишь, друг Амулу! — ухмыльнулся Гастон. — О том, что ты нам говоришь, мы уже знаем. Ладно-ладно, не обижайся! Считай, что я пошутил. А теперь серьезно. Итак, Модибо Тумани решил нарушить правила игры. Что ж, этого следовало ожидать… Вопрос лишь в том, почему он их нарушил. Кто заставил его это сделать? Или, скажем так, что его заставило? Друг Амулу, ты, случайно, этого не знаешь?

— Он не должен был так поступать! — резко произнес Амулу. — Я предупреждал его! Его жена и дети — в моих руках! Я убью их, как об этом и предупреждал!

— Ну-ну, — насмешливо произнес Гастон. — Убить беззащитную женщину и беззащитных детей — невелико геройство. Друг Амулу, ты лучше убей Модибо Тумани. Вот это и впрямь будет поступок! Ведь, кажется, он собирается взять тебя в плен — во второй раз. Нанести тебе еще одно оскорбление. Вот и убей его. Мы позволяем тебе это сделать.