Книга Афоня. Старая гвардия, страница 79 – Валерий Гуров

Я глубоко вдохнул, задержал дыхание на секунду и принял для себя простое, но единственно верное решение. Как минимум я обязан посмотреть, что там сейчас происходит. Уж тем более после той насмешки судьбы, которая подкинула мне Джонни с газелью и посылку, адресованную аккурат по моему старому адресу. Совпадения бывают, но я слишком долго жил, чтобы верить в них безоговорочно.

А может, это и не насмешка, а подсказка? Подарок даже?

Идти от парковки торгового центра до Филимоновской улицы было совсем недалеко. Дорогу, несмотря на совершенно новый ландшафт, я знал настолько хорошо, что мог бы пройти её с закрытыми глазами.

Я сразу выбрал обходной путь через небольшую рощицу, которая всё ещё росла на своём месте, будто цепляясь за прошлое так же упрямо, как и я сам. Пока что чутьё вело меня путями безлюдными, мне не хотелось лишний раз попадаться кому бы то ни было на глаза. Я отлично понимал, что в нынешнем виде привлекаю слишком много ненужного внимания.

И решать вопрос с новой одеждой нужно было как можно скорее. Вот переоденусь, приведу себя в более-менее приличный для этого времени вид — тогда и можно будет чувствовать себя на улице свободнее и спокойнее.

А сейчас, как бы ни было неприятно это признавать, я вполне мог снова оказаться в обезьяннике. Но на сегодня мне ментовки уже хватило с избытком.

Уже подходя к самой роще, я неожиданно заметил возле оживлённой дороги огромный рекламный плакат. Расположен плакат был с умом — аккурат рядом с трассой. Причем под таким углом, чтобы ни один водитель, проезжающий мимо, просто не мог бы не обратить на него внимание.

Я скользнул по нему взглядом, и вот тут меня, признаться, слегка… накрыло. Я не просто притормозил шаг. Не-а, я встал как вкопанный, уставившись на изображение. И, кажется, действительно на секунду забыл, как закрывать рот. Челюсть будто обвалилась вниз сама собой, а взгляд прилип к плакату.

В пальцах я непроизвольно сжал пакет. В груди появилась неприятная тяжесть…

Вот это, спрашивается, вообще что такое? Какого же… хрена?

На плакате, в форме, отдавая честь, стоял человек, в котором я с первого взгляда узнал до боли знакомые черты. Это был не кто иной, как внук моего сослуживца по временам Великой Отечественной — Козырева. По крайней мере, фотография была один в один адмирала…

Я не сразу понял, что именно означает этот плакат. Однако стоило всмотреться внимательнее, как в голове начала складываться картинка.

Когда первое, ошеломляющее впечатление схлынуло, я стал замечать детали и нюансы, которые поначалу ускользнули от взгляда. Форма, как выяснилось, была вовсе не военно-морская, хотя издалека и могла ввести в заблуждение. Приглядевшись к погонам, я понял, что передо мной полковник, а не морскойофицер, и это уже меняло многое.

Да и имя на плакате было… другое. Звали этого человека не Артём, как внука моего сослуживца, а Козырев Виталий Артёмович. Судя по всему, человек на плакате был сыном того самого урода-адмирала, который тридцать лет назад предал Родину у меня на глазах.

Как только что выяснилось, у него были свои причины. Но всё же это было именно так.

Осознание это пришло не сразу, а медленно, тяжело, словно внутри меня провернули ржавый болт. Я не знал, был ли сам человек с плаката мерзавцем. Все-таки лично мы знакомы не были, и вешать ярлыки вслепую я никогда не любил. Но кое-что уже очевидно: этот человек шёл кандидатом в депутаты, если верить тому, что крупными буквами было выведено на плакате.