Книга Кровавый гороскоп, страница 88 – Эш Бишоп

Оба они при этом не отрывали бинокли от глаз. Столько лет проработала Тереза патрульным, а теперь сидела в засаде и обсуждала дело вместе с опытнейшим федеральным агентом. К ней теперь прислушивались и делали так, как она говорила. Она находилась в центре событий, имела власть, оружие, делилась мыслями с человеком, который, похоже, воспринимал ее всерьез. Она чувствовала себя прекрасно и была готова послать к черту усталость, лишь бы ни на секунду не потерять концентрацию, даже когда вокруг ничего не происходило.

– Прыжок оценю на шестерку. Три – за исполнение, девять – за импровизацию, – заявил Майклз.

Тереза было рассмеялась, но тут заметила движение на скамейке автобусной остановки. Это Хендриксон невзначай похлопал себя по затылку – один из условных знаков группы «Скорпиона».

– Взгляните на Хендриксона, – сказала Тереза.

Майклз перекатился на правый бок и посмотрел вниз на остановку.

Чтобы не мешать, Терезе пришлось чуть отползти назад.

– Он все еще хлопает?

– Ага. Хлопки по затылку – «внимание на север», – Майклз направил окуляры своего чудо-бинокля на Гирард-авеню, которая уходила на север. У Терезы бинокль был самый обычный, и ничего особенного она не увидела, однако все равно три раза коротко нажала кнопку передачи на рации, тем самым сообщая: всем смотреть на третью позицию. В окне «Рыбных тако у Рубио» возникли взволнованные лица Малгрю и Бранча. Они взглянули на Хендриксона и, тоже распознав условный знак, повернулись на север.

– Видишь что-нибудь? – спросила Тереза.

– Пока нет, – ответил Майклз. – Вон там, слева от трансформаторной будки.

К банку нетвердым шагом приближался человек с зачесанными назад курчавыми каштановыми волосами и небритым лицом. Несмотря на весьма жаркий вечер, одет он был в длинный серый плащ, а руки засунул глубоко в карманы.

Внимание Хендриксона, видимо, привлек его взгляд – расфокусированный и дикий. Нет, расфокусированный не то слово. На самом деле, взгляд этот был напряжен и сфокусирован, но при этом как будто чересчур тревожен, даже маниакален. Одежда на мужчине казалась неопрятной, но не настолько, чтобы признать в нем бездомного.

– Что-то с ним не так, – прошептала Тереза.

Чем ближе к банку подходил мужчина, тем яростнее его глаза стреляли по сторонам. Он сел на небольшой парапет возле урны, затем снова встал и начал переходить улицу, удаляясь от банка. Шаг его стал ровнее. Он откинул со лба грязные кудри и посмотрел в дорожное зеркало прямо на Лапейр.

От взгляда на его лицо у Терезы мороз прошел по коже. Это был Джек Мадригал. Густые брови. Необычайно высокие впалые скулы. Волосы посветлели и превратились в грязно-коричневые, но по-прежнему непокорно вились, как на давнишнем полицейском снимке; это лицо ни с чем не спутать. Мадригал появился именно там, где предсказывала газета. Мадригал был их астрологом-убийцей. Тереза резким движением поднесла рацию ко рту.

– Это Джек Мадригал. Хватайте его. Хватайте.

Хендриксон очертил правым указательным пальцем в воздухе небольшой круг, а Бьюканан, Ллойд и Хавермейер друг за дружкой выскочили из галереи искусств – они приближались к банку с разных сторон, но все – по кратчайшей траектории. Оказавшись у южного окна, которое, согласно гороскопу, должны были разбить, Мадригал начал лихорадочно озираться.