Книга Милый господин Хайнлайн и трупы в подвале, страница 91 – Штефан Людвиг

Звонкая струя переливающегося через край ведра вырвала Хайнлайна из раздумий. Он закрыл кран, потер ноющую поясницу и облокотился на раковину.

Холодильная камера осталась нетронутой, однако с тех пор, как Хайнлайн в последний раз спускался в подвал, здесь что-то изменилось. Он, наверное, и не заметил бы этого, но в самый последний миг уловил, что чего-то здесь не хватает.

Чемодан на колесиках Адама Морлока был все еще там.

Но алюминиевые ящики исчезли.

Морлок был мертв. Марвин споткнулся о его закоченевшие ноги.

Нет, подумал Хайнлайн, никаких призраков не существует.

Он поднял ведро из раковины, чтобы отнести его Марвину.

А с другой стороны…

Как тогда объяснить, что Адам Морлок продолжал вести дела, будучи мертвым?

Когда наступил полдень, небо затянулось тучами – собиралась гроза. Марвин по-прежнему неустанно стоял на коленях в коридоре, тщательно оттирая плитку. С точки зрения простого смертного, все следы были давно уничтожены, но Марвин применял к делу иные, более суровые мерки, и когда Хайнлайн попросил его на мгновение отлучиться в зал, чтобы присмотреть за госпожой Дальмайер, неудовольствие, вызванное необходимостью прервать столь важную работу, отразилось на его лице с отчетливой ясностью. Пока он отправлялся на кухню, чтобы приготовить старой даме чашечку японского зеленого чая, Хайнлайн направился в подвал.

Делал он это с огромной неохотой, но настала пора достать из чемодана планшет: Хайнлайну требовались сведения о человеке с родинкой, который представился ему как Адам Морлок – имя столь же фальшивое, как и остальные в тех паспортах, с которыми он колесил по свету. Был ли он чехом, австрийцем, поляком, а может, и в самом деле мальтийским дипломатом или центральноафриканским спецатташе, установить было невозможно. Паспорта, которые Хайнлайн обнаружил за подкладкой, были подделаны безупречно – и даже теперь, рассматривая их вблизи, он не мог усомниться в их подлинности.

Как и в пистолете, который Хайнлайн снова достал из кожаной кобуры. Конечно, это мог быть и пистолет для стрельбы холостыми патронами, но у такого человека, как Адам Морлок, это было исключено. Однажды его окружили трое подростков с ножами, и он разогнал их одним лишь взглядом. Как он тогда выразился? «Оружие существует для того, чтобы его применяли…»

Нет, это оружие было настоящим. Хайнлайн поморщился, снова сунул пистолет в кобуру и спрятал его на дно чемодана, под рубашки Морлока. Он и не собирался когда-либо вновь прикасаться к пистолету. Ложное предположение, в котором вскоре ему суждено было разувериться.

Хайнлайн достал планшет, закрыл чемодан и снова придвинул его к кафельной стене. Вдруг раздался резкий треск, заставивший его со сдавленным вскриком обернуться, после чего он, оступившись, отшатнулся назад, больно ударившись о стеллаж, и лихорадочно огляделся. Но, разумеется, там никого не было. Ни покрытых инеем мертвецов с протянутыми руками, ни других привидений. Вероятно, треснула одна из старых свинцовых труб, или, быть может, крыса проскочила по шахте грузового лифта. Краска на изъеденных ржавчиной створках холодильной камеры отслаивалась, но дверь была закрыта, плотно закрыта. Мертвецы не бродят по белу свету, даже если ночное видение в коридоре показалось ему пугающе явственным – столь явственным, что Хайнлайн почти поверил, будто эта фигура уносила что-то из подвала… Ящики, быть может? Алюминиевые ящики?.. Вздор. Бред, на который Хайнлайн не имел права отвлекаться. Действительность и без того была достаточно страшна.