Книга Тогда и только тогда, когда снег белый, страница 118 – Лу Цюча

В-третьих, орудие убийства. В случае с Тан Ли так и не было достоверно установлено, было ли это самоубийство или убийство. Термин «орудие убийства» может быть немного неуместным, но для удобства я буду пользоваться им.

Смертельная рана, обнаруженная на ее теле, была нанесена складным ножом, владелицей которого является одна из подозреваемых, а по совместительству – соседка по комнате Тан Ли. У Гуань была убита при помощи автоматического складного ножа, который принадлежал ей. Согласно отчету о найденных при У Гуань личных вещах, в ту ночь она сама пронесла нож на территорию школы. Когда было обнаружено ее тело, полиция установила, что правый карман ее пальто пустовал. Скорее всего, нож изначально был там. Иными словами, в деле об убийстве У Гуань существует крайне высокая вероятность того, что убийца не действовал преднамеренно, а убил У Гуань во время внезапно вспыхнувшей ссоры ее же ножом в целях самообороны.

В-четвертых, личные вещи убитых также являются весьма важным моментом. Тан Ли была одета только в одну пижаму, и, поскольку ее выгнали из общежития, она не успела ничего с собой взять. В этом плане дело У Гуань кардинально отличается от дела предшественницы. Полиция установила, что при ней были мобильный телефон, деньги, удостоверение учащегося, ключи и носовой платок, а исходя из предположений о том, что нож принадлежал ей, то еще и он. Мобильный телефон, по всей вероятности, может стать ключевым звеном в раскрытии этого дела.

Фэн Лукуй прервалась и сделала глоток воды из бутылки, которую принесла с собой.

– В телефоне обнаружилась какая-то важная информация? – поинтересовалась Гу Цяньцянь.

– Важно не содержимое телефона, а он сам. Точнее, факт того, что У Гуань взяла его с собой. В зависимости от наличия или отсутствия у нее телефона действия убийцы также будут в некоторой степени отличаться. Незадолго до случившегося мы с учительницей Яо обсуждали свои выводы относительно дела Тан Ли, и, хотя ее заключение относительно смерти Тан Ли едва ли сообразуется с реальностью, тем не менее оно может помочь нам в раскрытии убийства У Гуань. Учитель, не могли бы вы поделиться с нами своими рассуждениями?

– Сожалею, – ответила Яо Шухань слабым голосом и покачала головой. – Лучше ты.

– Хорошо. В таком случае я сама перескажу вам ее теорию. Учительница Яо полагает, что Тан Ли была убита. После того как она выбежала на улицу через заднюю дверь и задвинула за собой засов, то по крайней мере трое из четырех подозреваемых должны были последовать за ней. Если убийца Лу Ин, то ей необходимо было забрать орудие убийства с места преступления, поскольку оно принадлежало ей. Если убийца У Сяоцинь или Хо Вэйвэй, то им необходимо было убедиться, что Тан Ли в агонии не успеет написать на снегу их имена. Поскольку снегопад к тому времени уже прекратился, все трое неизбежно оставили бы следы обуви на снегу между административным и учебным корпусами. Но следов обнаружено не было, что говорит о том, что у убийцы не возникло необходимости преследовать смертельно раненную Тан Ли. Это приводит нас к Е Шаовань – орудие убийства не было с ней связано, а Тан Ли не знала ее имени, так что она могла совершенно не волноваться, что выдаст себя.

Очевидно, что данное рассуждение слишком притянуто за уши. Несмотря на то что «предсмертное послание» – весьма распространенный сюжет в детективных романах, оно редко встречается в реальности. Если убийца не фанат логических рассуждений, то вряд ли, совершив злодеяние, он станет думать о том, что его жертва может оставить «предсмертное послание». Однако в случае с У Гуань при доказанном наличии у нее мобильного телефона, кто знает, возможно, теория учительницы Яо имеет смысл. Смертельная рана была нанесена У Гуань в левую часть живота. Ее телефон был обнаружен в левом кармане пальто, расположенном весьма близко к ране. Когда убийца нанес ей удар, то лезвие могло соприкоснуться с мобильным, таким образом дав знать убийце о его существовании. Впрочем, даже если нет, то здравый смысл должен был подсказать преступнику, что у человека, в одиночестве находящегося на улице посреди ночи, должен быть при себе телефон. Из этого следует, что после того, как У Гуань, получив смертельный удар, выбежала на улицу и задвинула за собой засов, убийца, понимая, что у жертвы при себе телефон, не мог просто так оставить место преступления, потому что У Гуань имела возможность вызвать полицию, позвонить кому-то из знакомых, в конце концов записать голосовое сообщение с именем убийцы. В результате преступник столкнулся с двумя сценариями дальнейших действий. Первый: выйти на улицу, обойти здание, таким образом оставив отпечатки обуви, что было бы непохоже на дело пятилетней давности. Второй: поскольку засов за пять лет пришел в негодность, выбить дверь. Совершенно очевидно, что убийца не стал делать ни того ни другого, а сразу обратился в бегство, заметая за собой следы метлой. Иными словами, ему было важнее уничтожить улитки и мгновенно покинуть место убийства, нежели убедиться, что У Гуань не вызвала помощь. Можно предположить, что убийца совершенно не волновался о том, что У Гуань сможет его идентифицировать.