Книга Смерть сплетницы, страница 63 – Мэрион Чесни Гиббонс

– Что угодно. – Присцилла зевнула. – Пап, я страшно устала. Обещаю, что буду завтра очень мила с Джоном, если ты сейчас просто уйдешь.

– Хорошо же, – сказал полковник. – Но не заставляй его слишком долго ждать.

Наконец, к несказанной радости Хэмиша, дверь закрылась. Присцилла отбросила одеяло и посмотрела на взъерошенную рыжую шевелюру Хэмиша.

– А без этой чудовищной униформы вы очень даже мило смотритесь, – сказала она. – Но вы, верно, чуть не задохнулись. Лицо такое красное, и дышите так тяжело.

– Я в порядке, – выдохнул Хэмиш, с усилием садясь на кровати. – Дайте-ка мне снова взглянуть на эти сообщения.

Присцилла вытащила их из-под подушки и протянула ему. Он нахмурился, читая, а потом лицо у него заострилось.

– Мне нужно позвонить, – сказал он.

– Вы жутко выглядите, – сказала Присцилла. – Что стряслось? И почему вы не можете воспользоваться телефоном у себя в участке?

– Там Блэр сидит – и, скорее всего, просидит всю ночь. Можно мне позвонить из вашего кабинета?

– Можно, если никто не застукает. – Настроение у Присциллы вдруг резко испортилось, она даже сама удивилась, с чего бы. – Вот уж не думала, что вы так ревностно относитесь к работе.

– Лады, – сказал Хэмиш, перелезая через нее, чтобы выбраться из постели. – Спущусь по лестнице тихо-тихо, никто меня не услышит.

– Доброй ночи, – раздраженно ответила Присцилла.

Она откинулась на подушки. Хэмиш улыбнулся ей.

– Спасибо за помощь, мисс Халбертон-Смайт.

Внезапно он нагнулся, поцеловал ее в щеку и, красный как рак, бежал из комнаты.

«Ну-ну», – подумала Присцилла, поднося руку к щеке, и, чуть повеселев, уставилась на закрытую дверь.

Хэмиш сидел перед телефоном в офисе, перебирая в уме многочисленную родню. Рори в Лондоне, Ирчи в Нью-Йорке, Питер в Гонконге, Дженни в Эйлсбери, то есть совсем недалеко от Оксфорда…

Наконец он снял трубку и принялся звонить.

Когда Хэмиш Макбет устало брел домой по берегу залива, бледный рассвет уже чуть золотил небо и волны. Перед сном Хэмишу надо было сделать еще одну вещь, причем исключительно по служебному долгу. На сердце у него было тяжело, губы беззвучно шептали гэльскую молитву.

Он открыл крашенную белым калитку и, обогнув дом, подошел к кухонной двери. Пришлось долго и громко стучать по стеклу, прежде чем наверху зажегся свет. Хэмиш терпеливо ждал, слушая звуки шагов вниз по лестнице, а потом шарканье, приближающееся к кухонной двери.

Дверь открылась. Тина Бакстер, нервно моргая, уставилась на него, сжимая рукой отвороты розового шерстяного халата. Краска сбежала с ее лица.

– Да, это я, – тяжело проговорил Хэмиш. – Можно войти?

Она отступила в сторону, и он прошел мимо нее на кухню. Она последовала за ним и села за стол, точно ноги вдруг перестали ее держать.

– Я тут уже был, – начал Хэмиш, – беседовал с вами о будущем юного Чарли. Вы были в голубом платье. – Он вытащил из кармана конверт и достал оттуда клочок ткани, найденный на кусте у заводи. – Это ваше?

– Да, – прошептала миссис Бакстер и, закрыв лицо руками, заплакала.

– У меня не было выбора, – всхлипывала она. – Такой позор. Имя Чарли в газетах. Я должна была заставить ее замолчать.

Хэмиш сел за стол напротив нее. В голове у него начало проясняться, недавний испуг отступал, подчиняясь доводам здравого смысла. По кухне заплясали теплые отсветы зари.