Книга Смерть негодяя, страница 63 – Мэрион Чесни Гиббонс

– А что Вера? – пожал плечами Генри. – Такие, как она, обычно наслаждаются каждой минутой скандалов.

– Пусть так, – сказала Присцилла. – Но при всем своем сумасбродстве она действительно переживает за Фредди. Разве нельзя повременить с журналистами?

– Пока я не увижу контракт о покупке прав на экранизацию «Герцогини Дарлинг» и не удостоверюсь, что съемки начались, я не могу жить спокойно, – заявил Генри. – Конечно, я понимаю, что убийство – это просто ужасно. Но мне оно только на руку. Неважно, что про тебя пишут, главное – чтобы писали. Тебе бы пора привыкнуть к этому. Так что оставляй свою записку и поехали.

Присцилла взглянула на записку в руке. Она подошла ко входу в участок и уставилась на почтовый ящик. Потом она подняла крышку и тут же дала ей захлопнуться, после чего вернулась к автомобилю со скомканным листком в ладони.

– Едем? – спросил Генри.

– Да, поехали, – спокойно ответила Присцилла.

Хэмиш вернулся в участок около шести часов. Он включил автоответчик, услышал голос, завывающий на гэльском о красотах Лохнагара, выключил его. Когда-нибудь надо все-таки выяснить, как эта машина работает.

Он позвонил в Стратбейн снова, в этот раз трубку поднял Чалмерс.

– Фредди дал признательные показания, – сказал он. – Держится теперь довольно самоуверенно. Говорит, что знал об интрижке между Верой и Бартлеттом, вот и отправил его к праотцам. Криминалисты еще работают с перчатками. Но их точно надевали во время убийства.

– Разве по смывам, которые брали с рук Фредди и внутренней стороны перчаток, нельзя определить, действительно ли он их надевал?

– Без понятия. Кто-то из экспертов сказал, что Фредди, возможно, надел кожаные перчатки на тонкие хирургические.

– А что на это сам мистер Форбс-Грант сказал?

– Сказал, что не помнит. Мол, раз мы поймали убийцу, то зачем тратим время на глупые расспросы.

– А Вера Форбс-Грант? – спросил Хэмиш. – Она еще на ярмарке хотела сказать вам что-то.

– По ее словам, она просто хотела сказать, что ее муж и мухи не обидит. Но, кажется, теперь запела иначе. Теперь она даже гордится им. Можете в такое поверить?

– Ну, в некотором роде, – проговорил Хэмиш. – И все ж таки меня смущает эта история. Не думаю, что Фредди мог так хладнокровно все провернуть. Может, убийство и правда совершили импульсивно, но убийца не потерял голову и все учел. Так вовремя нашлись эти перчатки, еще и там, где надо.

– Я в затруднительном положении, – сказал Чалмерс. – Мне бы хотелось,чтобы убийцей и вправду оказался Форбс-Грант, чтобы главный констебль отстал уже от меня, и пресса тоже. Новостей больше никаких нет, что ли? Почему ливийцы не устраивают теракт в «Харродсе»? Почему у русских не взрывается очередная атомная электростанция? Хоть что-нибудь!

– Ну-ну, – успокаивающе произнес Хэмиш. – Не стоит желать смерти куче народу только ради того, чтобы от вас отстали журналисты.

– Завтра от меня уже никто не отстанет, – вздохнул Чалмерс. – Вернусь в поместье, опять допрошу всех и заставлю всех свободных сотрудников прочесывать пустоши в поисках новых улик.

– Вы уже сообщили об этом полковнику?

– Нет, сейчас буду звонить, – устало сказал Чалмерс. – Жду вас завтра в девять в поместье Томмель. Где вас искать сегодня, если что-то еще всплывет?

– В «Глумливой форели».

– Боже правый.