Книга Смерть негодяя, страница 37 – Мэрион Чесни Гиббонс

Густой туман заглушал все звуки. Хэмиш пожарил пару селедок себе на ужин и выдал Таузеру миску «Великолепного пса», нового корма, который достался Хэмишу бесплатно от местного магазина на пробу. Таузер попробовал угощение и нетвердой походкой зашагал по кухне, издавая жалобные звуки, будто его вот-вот вырвет.

– Ну что за цирк, – сказал Хэмиш. – Знаешь ведь, что я взял немного печени, если тебе не понравится новый корм. Ну и сиди, жди, пока приготовится.

До возвращения домой он чувствовал себя спокойно и безмятежно, но стоило ему оказаться у плиты с тяжелой сковородкой (Таузер предпочитал печень средней прожарки), как его накрыла очередная волна грусти. Неужели такое будущее ждет его – болтать вечерами с избалованной дворнягой?

Тут кто-то громко и нетерпеливо застучал в дверь участка. Хэмиш замер. Он подумал, не прислали ли сюда «Дейли рекордер» его родственника, Рори Гранта. «Надо бы позвонить Рори», – подумал Хэмиш. Для парней с Флит-стрит было рановато – если, конечно, Блэр уже не разболтал все новости и кто-то не успел прилететь из Лондона.

Он вывалил печень на сковороду, осторожно, на цыпочках подошел к входной двери и чуть отодвинул кружевную занавеску на окне сбоку от двери. В туманном полумраке он кое-как различил худощавую фигуру детектива Джимми Андерсона, подчиненного Блэра. Проклиная собственное любопытство, Хэмиш открыл дверь.

– Быстрее, заходи, – сказал он. – Я тут прячусь от журналюг.

– У Блэра с ними был разговор короткий, – сообщил Андерсон. – Управление Стратбейна сообщило газетам об убийстве сразу же после заявления Блэра. Наверняка позвонили на Флит-стрит. Шотландские телеканалы здесь, и все газетчики отовсюду, от Дамфриса до Джон-О'Гротса. Можно подумать, будто в Шотландии убийств раньше не было.

– Убили-то богача, – сказал Хэмиш, – это многое меняет. Проходи.

Андерсон последовал за Хэмишем на кухню и молча наблюдал, как констебль переворачивал кусок печени на сковороде.

– Вкусно пахнет, – заметил Андерсон. – Прошу прощения, что прервал ваш ужин.

– Это моей собаке, а не мне, – ответил Хэмиш, покраснев.

– Держу пари, ты и подарки на день рождения ей покупаешь, – усмехнулся Андерсон.

– Не говори ерунды, – раздраженно ответил Хэмиш, со стыдом вспоминая, что в прошлом месяце купил Таузеру новую лежанку на день рождения. – Зачем пришел?

– У тебя выпить не найдется?

– Да ладно, ты же нынче проживаешь в роскошном поместье!

– Я позвонил в колокольчик, чтобы попросить выпить чего-нибудь, – сказал Андерсон, зорким взглядом голубых глаз осматривая кухню на предмет бутылки виски, – а мне ответил этот идиот Дженкинс. «Полицейским запрещено звонить в колокольчик для вызова прислуги» – так он мне сказал. А я ему – мол, буду иметь в виду, а пока что принесите мне чего-нибудь выпить. На что он заявил, что по распоряжению полковника Халбертон-Смайта блюстителям закона, видите ли, запрещено употреблять алкогольные напитки во время службы, а накрывать на стол нам будут в комнате для слуг. Ну, я сказал этому старому пижону, куда ему следует засунуть эту еду для слуг, и, конечно же, он нажаловался полковнику, полковник вызвал Блэра, тот пришел в ужас и велел мне уйти с глаз долой, пока он не успокоит полковника.

– Может, у меня и найдется что-нибудь, – ответил Хэмиш, накладывая в миску Таузера печень. – А может, и нет.