Книга Холодный ветер, страница 72 – Пейдж Шелтон

В свете фар показались дощатые стены – кажется, еще более ветхие, чем раньше. Я остановилась и пару минут смотрела на сарай через лобовое стекло.

Не стала глушить двигатель, просто запарковала машину. Свет от фар не повредит, но его мне не хватит. К счастью, в бардачке лежал фонарик. Я взяла его и с облегчением увидела, что аккумулятор еще не сел.

Довольная своей зимней одеждой, я пошла через снег, высоко поднимая ноги в ботинках. Посветила в сторону надгробий. Они отстояли от дороги слишком далеко, чтобы я решилась сейчас их осматривать.

Встала в проеме открытой двери и посветила внутрь. Ящики, капканы, всякая всячина – все на месте, но уложено уже поаккуратнее. Ящики поставили в линию, часть положили один на другой. Было не очень понятно, что именно сделали, чтобы собрать улики; дедушка забрал бы все вещи в участок, чтобы пересмотреть получше. А в Бенедикте куда бы они их отвезли? Или вообще бы отправили в Джуно? Быть может, рано или поздно так и сделают. Потому, наверное, они так все и разложили.

Тем не менее я осторожно зашла внутрь и стала искать ящик с детской одеждой. Найти его оказалось просто – его поставили поверх трех других. Окоченевшими пальцами я открыла защелки.

Зажала подбородком фонарик и направила свет внутрь. Одежда была выстирана и аккуратно сложена. В основном желтая и голубая. Было невозможно разобрать, для кого она предназначалась, но мне показалось, что для мальчика. Я искала парные предметы или какие-то похожие вещи, но ничего не нашла. Даже если одежда предназначалась для девочек-близняшек, родители не заботились ни о том, чтобы она выглядела как девчачья, ни о том, чтобы они были одеты в похожем стиле.

Упаковала все обратно в ящик и закрыла защелки. Посветила внутри сарая в разные стороны, но ничто вокруг меня не насторожило. Ничего необычного, выбивающегося из ряда вон в размерах пространства кругом. Никаких признаков, что тело находилось на полу или было прислонено к стене. В свете фонаря не блеснул ни единый волосок.

Мне пришлось осознать, что поездка в сарай была полезна только мне – удовлетворить непонятно откуда взявшееся любопытство. Ничего нового здесь не было.

Я вздохнула и покачала головой, дивясь самой себе.

И тут мир вокруг раскололся на части.

Треск, грохот, гром ударов – сарай сложился внутрь и упал на меня. Инстинктивно я прикрыла голову – и, как оказалось, хорошо сделала, когда по руке, которой я закрывала шрам, сильно ударила доска. Вспыхнула боль, пройдя от локтя до самого уха, но голова не пострадала. Я закричала.

Но здесь меня никто не услышит. Меня пригвоздило к земле, и пошевелить я могла только пальцами ног внутри ботинок.

Я оказалась в западне.

Когда первое потрясение прошло, я поняла, что серьезных травм у меня нет – разве что рука пострадала. То ли я ее сломала, то ли просто ушиб от удара был очень сильным, но я не могла пошевелить пальцами; скорее всего, их засыпало обломками. Кровотечения нигде не было заметно, и ощущения, что идет кровь, тоже не было.

Меня придавило к полу, набранному из тех же старых досок, что меня и завалили. На полу было холодно, но не как на голой земле. Я не могла даже повернуть голову, чтобы увидеть, чем меня накрыло; несколько раз я пробовала, но что-то острое все время вонзалось в шею. Похоже, тяжеленные металлические ловушки пролетели мимо и не воткнулись в меня; мне хватило мозгов осознать, как мне повезло.