Книга Запретная месть, страница 126 – Аймэ Уильямс

Я заставила себя не отводить взгляда — я задолжала бывшей подруге хотя бы эту честность.

— Сначала это была игра, — призналась я. — Способ доказать, что я не просто светский организатор, которую все недооценивают. Но потом…

— И ты влюбилась в человека, который терроризировал мою падчерицу? Который пытался прикончить моего мужа? Который убил бы моих детей, представься ему случай? — голос Беллы задрожал от сдерживаемых чувств. — Ты хоть представляешь, через что прошла Бьянка? Кошмары, терапия…

— Я знаю, что его поступки непростительны… — начала я, но Белла оборвала меня:

— Непростительны? — она горько рассмеялась. — Он пытался убить Бьянку, когда ей было двенадцать лет! И для тебя это нормально? Значит, пока ты собирала информацию и строила планы, ты просто параллельно трахалась с Марио? Играла на обе стороны, притворяясь моей подругой?

— Все было не так, — возразила я, но слова прозвучали пусто.

— А как? — в её глазах вспыхнул тот самый огонь семьи Руссо, которым я всегда восхищалась. — Объясни мне, Елена. Как моя лучшая подруга — человек, которому я доверяла всё, — могла так хладнокровно меня предать?

— Он стал другим, — начала я, но её резкий смех не дал мне закончить.

— Другим? Как и все мужчины в нашем мире, которые заявляют о переменах, а потом просто находят новые способы всё испортить?

— Нет. — Я положила руку на живот, черпая силы в дочери. — Другим, потому что он решил стать лучше, чем его отец. Другим, потому что он готов растить чужого ребенка,как это сделал Маттео. Готов защищать нас от Энтони, от ирландцев, от всего мира.

Белла фыркнула.

— И я должна всё простить только потому, что он решил поиграть в героя?

— Я не прошу прощения, — тихо ответила я, хотя отчаянно в нём нуждалась. — Я его не заслужила. Но я прошу тебя понять. Кому, как не тебе, знать, что такое любить того, кого все называют монстром.

Её лицо изменилось — это ещё не было прощением, но, возможно, стало пониманием.

— Ты действительно его любишь?

— Так же, как ты любишь Маттео. — Я твердо встретила её взгляд. — Достаточно, чтобы рискнуть всем. Выбрать что-то большее, чем месть, власть или желание что-то доказать.

Тишину нарушал лишь далекий топот охраны, патрулирующей территорию. Наконец Белла достала телефон.

— Близнецы, — негромко произнесла она, открывая фотографии. — Джованни — вылитый Маттео. Поразительно. А вот Арианна… у неё глаза моего отца.

У меня перехватило дыхание от этой крохотной оливковой ветви мира. Малыши просто прекрасны — четырехмесячные, окрепшие, несмотря на раннее появление на свет. У Джованни уже проступило серьезное выражение лица Маттео, даже с его пухлыми щечками. Арианна казалась миниатюрнее, но в её темных глазах, так похожих на глаза Джованни Руссо, искрился характер.

— У меня будет девочка, — тихо добавила я. — Её будут звать Стелла. Это значит «звезда».

— Словно что-то яркое в этой тьме? — в голосе Беллы больше не было осуждения, лишь настороженное принятие.

— Словно надежда, — поправила я, глядя ей в глаза. — Надежда на то, что её жизнь будет лучше, чем наша.

Белла долго изучала моё лицо, прежде чем кивнуть.

— Я не готова знакомить тебя с ними, — честно призналась она. — Возможно, никогда не буду готова. Но… — она помедлила, подбирая слова. — Я надеюсь, что путь Стеллы будет легче, чем наш.