Книга Один неверный шаг, страница 1 – Оливия Хейл

Нейт

Я заметил ее первым.

Только что отец устроил мне основательную выволочку. Глава семьи и бывший генеральный директор «Контрон». По его мнению, я не вкалываю в семейной компании так, как должен.

Теперь я сижу в баре «Вилладж» и топлю горе в джин-тонике. Раньше я здесь не бывал. Бар находится недалеко от университета, и в полумраке заведения стоит привычный для таких мест оглушительный гул. От смеси смеха, пьяной болтовни и музыки с мощным, пульсирующим ритмом.

И все это почему-то заставляет меня чувствовать себя живым. Как будто на пару часов я становлюсь кем-то другим — моложе, наивнее, верящим в лучшее. По-прежнему студентом.

Обычно я не тоскую по тем временам. По крайней мере, не как сейчас. По сну до обеда, по беспечности, по посещениям лекций. Нечастым, правда.

По холодному воздуху, что в это время года окутывает Бостон, и по уютному одеялу заниженных ожиданий, доставшемуся вместе с идеальным старшим братом.

Теперь жизнь перевернулась на сто восемьдесят градусов: костюмы, залы заседаний. Меня устраивает, но это высасывает все силы. Все чаще я чувствую себя батарейкой, что вот-вот сядет.

Я делаю глоток и оглядываюсь. Дин, прикончивший уже третье пиво, все еще в туалете. Поэтому времени на наблюдение за людьми уйма.

За соседним столиком сидит компания друзей, а перед ними в ряд расставлены пивные бутылки. Один из парней держит стакан с янтарной жидкостью — виски или, может, скотчем — и машинально почесывает подбородок, словно пытаясь нащупать несуществующую бороду.

Мой взгляд скользит дальше, вдоль рядов столиков у стены. Мимо заброшенного музыкального автомата, мимо небольшой сцены, где, похоже, иногда играют музыканты.

И тогда я замечаю девушку, сидящую в одиночестве.

Лицо окружено ореолом светлых кудрей, спадающих чуть ниже плеч, а поверх темный ободок, венчающий мягкие локоны. На ней объемный свитер крупной вязки с рукавами, явно великоватыми. Один натянут поверх ладони, будто незнакомка использует его в качестве барьера от холода стеклянной пивной кружки. В котором содержимое, похоже, так и осталось нетронутым.

Она настороженно и задумчиво оглядывается. Подбородок острый, почти эльфийский, но в лице нет ни грамма кукольности. Щеки раскраснены, словно она только что вошла с холодной улицы.

Студентка, думаю я. Не иначе. А значит, лет на десять моложе, если не больше.

Она поднимает взгляд к потолку и чуть склоняет голову, как будто внимательно что-то разглядывая. Я тоже смотрю наверх, но ничего не обнаруживаю. Лишь приглушенные софиты. Где-то на фоне начинает играть старая рок-композиция восьмидесятых. Девушка отбивает ритм пальцами свободной руки по потертому деревянному столу.

Я делаю долгий глоток джин-тоника и внезапно понимаю, что этот коктейль в прокуренном студенческом баре кажется чересчур претенциозным.

Интересно, ждет ли она кого-то.

Интересно, какой у нее голос.

Интересно, как выглядит ее улыбка.

И я спрашиваю себя, глядя на нее сквозь шумную толпу, смогу ли когда-нибудь забыть этот образ. Мысль кажется нелепой. Абсурдной. Да как бы я мог?

Меня будто пронзает ударом тока.

Я ставлю бокал, расстегиваю пуговицу на пиджаке. Теперь и он кажется неуместным — принадлежностью к той части меня, что обязана появиться днем, но не той, что принадлежит мне на самом деле.