Книга Жена для огненного дракона, страница 74 – Анна Гале

Мне показалось, что в глазах его брата промелькнули алчные искорки. Просто завидует или лелеет какие-то планы на родовой огонь? Так Лингон к отцу Гариона отношения не имеет и претендовать на блага его рода не может.

— Рад за тебя, вот просто искренне рад, — гость просиял улыбкой. — И власть, и родовой огонь… Как же так получилось, что он настолько ожил?

Давно заметила, что «искренне рад» обычно означает что угодно, только не радость. Чаще всего — банальную зависть. Пока у меня сложилось впечатление, что Лингон прибыл на разведку и выясняет, что можно поиметь с успешного родственника. Или хочет выведать секрет родового огня, который я, кстати, тоже не отказалась бы узнать — просто для общего развития.

— Для меня это стало неожиданностью, — ответил Гарион. — Ты, наверное, устал? Предлагаю тебе поужинать с дороги и отправляться отдыхать.

— С удовольствием поужинаю, но я совсем не устал, — бодро сказал Лингон. — Покажешь мне, что у тебя есть около замка? Хочу посмотреть вблизи на твоих лошадок, и ещё мать много рассказывала о цветнике и о лесе…

Я удивлялась терпению Гариона, оно приближалось к ангельскому. Мой супруг согласился после ужина продемонстрировать родственнику и лошадок, и цветник, и лес, и даже кладовые и погреба. Честно говоря, у меня уже во время трапезы появилось желание запереть Лингона до утра в какой-нибудь кладовке.

Поданную еду он умял с удовольствием, в процессе поинтересовался, почему я ничего не ем.

— Мы недавно ужинали, — сдержанно ответила я.

После этого Лингон снова забыл обо мне и переключил внимание на Гариона.

— Дорогой брат, я так и не услышал историю оживления твоего родового огня, — напомнил он. — Хотелось бы понять, когда и как произошло такое чудо.

— В день моего прихода к власти, — суховато ответил Гарион. — Когда именно и каким образом это случилось — я не видел. Родовой огонь в тот вечер явился мне уже полным сил.

Я прикусила губу, сдерживая неуместныйсмешок. Ну да, родовой огонь начал бушевать в мою поддержку, а потом выгнал из спальни моего супруга жрицу любви.

— Удивительно, — с лёгким разочарованием протянул Лингон. — И ты перед тем не проводил перед очагом никаких обрядов, не приносил жертв, не взывал к богам, духам и предкам?

Гарион покачал головой. Всем своим видом он показывал, что не собирается развивать тему, но гость бесцеремонностью превосходил Квира и Гвира вместе взятых. Те хотя бы не слишком настаивали на ответах и не просили вызвать для них девочек.

— Дорогой брат, а как долго ты находился в замке перед тем, как ожил родовой огонь? — упорно продолжал Лингон.

— Точно не помню, — небрежно ответил Гарион.

— Дорогая Каяра, может быть, тебе удастся вспомнить какие-то подробности? — снова обратил на меня внимание гость. — Когда мой дорогой брат привел тебя в замок, родовой огонь горел так, как сейчас?

Как же все тут ему стали дороги-то! Даже я, хотя меня Лингон вообще сегодня в первый раз увидел. Шпион из него, конечно, так себе: разговор за ужином всё больше напоминал допрос.

— Я ничего не понимаю в родовых огнях, дорогой Лингон, — с улыбкой процедила я. — В нашем доме в поселении ничего подобного не было.

Гарион послал мне предупреждающий взгляд. Знать бы ещё, что не так. Его брат наверняка и так в курсе, что я — не драконица и жила в поселении, а больше никакой информации я не выдала.