Книга Жена для огненного дракона, страница 71 – Анна Гале

— Мать вряд ли прилетит, — хмуро сказал Гарион. — Я, знаешь ли, позор ее рода, в котором никто не занимался торговлей. Но комнату на всякий случай пусть подготовят.

Ну, «позоров семьи» мне приходилось в силу профессии видеть достаточно. Знаю,из-за какой ерунды иногда безумные родители рвут отношения с вполне благополучными детьми — то их не устраивает невеста сына, то выбранная им профессия оказывается «не интеллигентной» или «не мужской», то расходятся во взглядах на вещи, которые могли бы просто не обсуждать. В общем, Гарион меня не слишком удивил.

— Брат — не позор рода? — уточнила я.

— Разумеется, — Гарион хмыкнул. — Он блюдет все традиции. И я понятия не имею, по какому поводу Лингон решил посетить замок. Он никогда здесь не появлялся, общались мы только на званых вечерах и очень недолго.

Постепенно, путем осторожных расспросов, я выяснила, что брат Гариона не родной, а сводный, от другого мужа матери. Оказывается, драконы иногда всё же разводятся, если жена-драконица добровольно уходит из замка. Как я поняла, энергичная дама бросила супруга и упорхнула к какому-то властелину побогаче. С бывшим мужем поддерживала отношения на уровне «здоровались на званых вечерах», со старшим сыном перестала общаться, как только он начал зарабатывать монеты, продавая поселянам закалённые драконьим огнем металлические предметы — от этого они приобретали невероятную стойкость. Сельскохозяйственные орудия, ножи, топоры не тупились, не ржавели, не гнулись и никаким образом не портились.

Затем Гарион наладил доставки для драконов всяких продуктов из поселений — разумеется, втридорога, зато прямо в замки. Этого его родня по материнской линии уже никак не могла стерпеть. Отец оказался более лояльным — возможно, потому, что других наследников у него не было. И вот теперь, стоило Гариону получить власть, почти сразу объявились родственнички.

— А торговлей ты больше не занимаешься? — я не сдержала улыбку.

— В том-то и дело, что занимаюсь, только через управляющих, — Гарион хмыкнул. — И на металл дышу не сам, нанял для этого двух толковых молодых драконов. В общем, я по-прежнему позор семьи. И что от меня могло понадобиться родне — могу только предполагать.

Мотивы примирения в таких случаях чаще всего — деньги, связи или власть, приобретенные «паршивой овцой» благородного рода. Я совершенно не верила в бескорыстное желание сводного брата пообщаться с Гарионом. Согласна, что болтать с гостем надо поменьше: неизвестно, какая информация и для чего может быть ему нужна.

— Откуда ты узнал, что твой братсюда собирается? — поинтересовалась я.

— Птичья почта, — рассеянно ответил Гарион. — Кстати, надо будет написать ответ.

Системой птичьей почты я заинтересовалась, а потому после ужина околачивалась поблизости от Гариона под предлогом ожидания урока танцев. В сокровищнице он быстро написал записку на белой бумаге, я в это время разглядывала серьги из шкатулки с украшениями и прикидывала, к каким из них можно незаметно приклепать маленькую прищепку.

Гарион открыл окно и дважды громко свистнул. Со стороны леса почти тут же прилетела яркая птица размером с сороку, но с синими крыльями, красной грудкой и жёлтым хохолком.

— В замок Угандара, — сказал Гарион и протянул ей свёрнутую в трубочку записку.