Книга Девушка за границей, страница 69 – Эль Кеннеди

– Ясно. Значит, исключительно научный интерес.

Я внимательно изучаю платье, выставленное в одном из стеклянных шкафов. Судя по табличке, какая-то дама Талли надевала его на королевскую свадьбу в период правления Уильяма IV. Спиной я чувствую, как Нейт то и дело на меня посматривает.

– Из меня вышел бы довольно надежный ассистент в исследовании, – тянет он и снова уходит прочь.

А он крепкий орешек, и расколоть его непросто. Истинно английский характер, как говорится. Никогда не могу с уверенностью сказать, это он так туманно флиртует или вежливо уходит от темы.

А может, я в очередной раз вижу то, чего нет. Нейт не учится в колледже. По вечерам он либо выступает с группой, либо работает барменом. Так что, вполне возможно, днем у него масса свободного времени, которое попросту некуда потратить. И в этом случае моя компания ненадолго отвлекает его от прочих обязательств.

Тем не менее ни Джек, ни Джейми не предлагают потратить час своего времени на то, чтобы отвезти меня за город – да еще и ради домашнего задания.

– Взгляни-ка, – зовет Нейт из соседнего зала.

Мне не удается найти его, пока я не натыкаюсь на потайной коридор за книжным шкафом. Проектор, установленный в маленькой комнатке, выводит на экран черно-белый фильм, новостной репортаж о прибытии кораблей в порт. На берег, сбившись в кучу, сходят изнуренные, закутанные в одеяла люди. На соседней стене разместились в рамках газетные статьи, фотографии и два маленьких портрета маслом, а на них – знакомое лицо.

– Та самая «Виктория»! – ахаю я. – Уильям, средний брат, пропал в море, когда корабль затонул.

Я и прежде видела фотографии Уильяма Талли. Однако здесь, вкупе с кадрами, отснятыми после катастрофы, и заголовками газет со всего мира, оповещающих читателей о трагедии, он кажется куда живее, чем на зернистом изображении в книге.

Он был привлекательным молодым человеком. Где-то в районе двадцати пяти, с мягкими, тонкими чертами лица и дерзкими усами, с вечно устремленным к горизонту взглядом. Скиталец душой.

– А он был милым, – замечаю я.

Нейт посмеивается, стоя у меня за спиной, и его дыхание овевает мой затылок.

– Да неужели?

– Конечно. В том смысле, что я бы не отказалась, если бы мне такой вдул, – откликаюсь я, на мгновение забыв, что нахожусь не в компании Элизы, а рядом с роскошным англичанином.

Ответом мне служит сдавленный смешок.

– Полагаю, подкати ты к Уиллу с такой формулировкой, бедняга был бы в замешательстве.

Меня разбирает смех, и я говорю, весьма посредственно пытаясь изобразить британский акцент высшего общества.

– Здравствуйте, достопочтимый сэр. Я бы хотела, чтобы вы мне вдули. Пожалуйста, снимите бриджи. – Я с улыбкой поворачиваюсь к Нейту. – Сексуальненько, да?

– Не то слово, – с серьезным видом кивает он.

Я продолжаю изучать материалы о «Виктории», гадая, почему же Уильям Талли оказался на борту проклятого корабля.

– Знаешь, что я никак не пойму? Уильяма даже в официальном манифесте пассажиров не было. Он не собирался плыть. Его добавили в последний момент.

– Откуда ты вообще это знаешь?

Я самодовольно улыбаюсь.

– Я – кладезь бесчисленных знаний, Нейт. Такое случается, когда проводишь всю жизнь в библиотеке.

– А таким что, хвастаются?

У меня вырывается смешок.

– Справедливая критика. Но это всплыло в ходе исследования. Я отследила манифест, и там не было его имени, только приписка от руки – по словам человека из корабельной компании, Лорд Уильям Талли присоединится к пассажирам. Для него даже освободили каюту в первом классе. Наверняка выселили оттуда какого-нибудь беднягу, чтобы его сиятельству хватило места. И ни слова о том, один он путешествовал или нет. Раздражает.