Книга Девушка за границей, страница 181 – Эль Кеннеди

– Я все понимаю, – перебиваю я. Во мне поднимается волна раздражения. – Селеста, я злюсь не из-за того, что он взял деньги. Ну разве что совсем немного. Меня съедает заживо его притворство.

– Притворство?

– Он притворялся моим другом. – Я ненавижу, как несчастно звучит мой голос. Как жалко. – Я думала, он так меня оберегает, потому что искренне печется обо мне. Особенно вначале. Он не хотел, чтобы я цепляла его друга и все такое. Мне это казалось очаровательным. Я думала, у него появились чувства ко мне.

Лицо Селесты смягчается.

– Ох, милая. Да. Такое и правда может подкосить, понимаю.

– Вот. Ты отличное слово подобрала.

– Но ты ошибаешься, – заканчивает она, пожимая плечами.

Я щурюсь.

– В смысле?

– Конечно же, он не притворялся. Любому было понятно, что Джек от тебя без ума.

Мое сердце сбивается с ритма.

– Ты так говоришь, только потому что хочешь, чтобы я простила его и в компании не было неловкости.

– Если ты хочешь в это верить, ради бога, – улыбается она. – Но это чепуха. Я никогда не говорю того, во что не верю.

Справедливо. В этом плане они с Ли похожи.

– Я всего лишь хочу сказать, что, возможно, стоит проявить к Джеку капельку снисхождения.

Я вспоминаю последний месяц. Как мучительно было сталкиваться с ним наверху, чувствовать, как соприкасаются наши локти за завтраком. Каждый раз, когда я его вижу, меня разрывает на части. Я одновременно злюсь и хочу броситься ему в ноги, и сказать, как скучаю по нему.

Дело в том, что я и правда скучаю по нему. И по Нейту. И каждый раз, когда кто-то из них пишет мне, признаваясь в том же, мое сердце болит пуще прежнего.

– Раз уж мы заговорили на эту тему, что слышно от Нейта? – спрашивает Селеста, будто прочитав мои мысли.

– Я не видела его с тех пор, как он сказал, что не хочет отношений.

И как раз в этот момент – потому что вселенная, очевидно, меня ненавидит, – звякает колокольчик над дверью, и в закусочную входит Ивонн собственной персоной.

Я сижу лицом к двери, а потому меня легко заметить. Наши взгляды встречаются через небольшое помещение, и такое ощущение, будто обеих заклинивает: мы обе узнаем друг друга и тут же вспоминаем, что вообще-то у нас взаимная ненависть.

– Что такое? – Селеста оборачивается. – Вот дерьмо. Я даже не подумала… Прости, Эбби. Надо было выбрать местечко подальше от кампуса.

Ивонн медлит, стоя у входа, а потом целенаправленно устремляется к нам. Коричневые кожаные краги печатают шаг. Она, как всегда, элегантно одета, волосы идеально уложены. На ней джинсы скинни и облегающий свитер, сверху нараспашку наброшено пальто до колена.

– Мне стоит… – я осекаюсь, кусая губы.

– Спрятаться в уборной? – шепчет Селеста. – Возможно?

Впрочем, уже поздно. Петляя между столиков, Ивонн в несколько шагов преодолевает расстояние между нами, не сводя при этом с меня глаз.

– Я не собираюсь ссориться, – с места в карьер заявляет она, что, впрочем, совершенно не успокаивает мое бешено бьющееся сердце. Адреналин зашкаливает. – Я бы хотела извиниться.

Селеста, замерев, таращится на меня так, будто оказалась в поле зрения дикого зверя.

– И я тоже, – говорю я Ивонн. Тревога стремительно сменяется сожалением. – Я не хотела ранить тебя. Если на то пошло, я не просила Нейта расставаться с тобой. Мы с ним даже не встречаемся.

– Я знаю. – Она мельком поглядывает на Селесту, и я понимаю, что той удалось несколько образумить подругу. – Я не сумела справиться с ситуацией, скверно отреагировала, а ты оказалась легкой мишенью. – Ивонн выпячивает подбородок. – Я поступила глупо и жалко, явившись к тебе в квартиру, и прошу за это прощения.