Книга Разбитая осколками, страница 127 – Айрин Крюкова

Мэддокс.

Я резко вдохнула, но воздуха всё равно не хватало. Взгляд снова упал на цветы, и теперь они выглядели иначе. Не просто красивыми. Не просто чрезмерными.

Они были… его.

Как будто он сам вошёл в мой дом. Без стука. Без разрешения. Заполнил собой каждый угол, каждый вдох.

В груди стало тесно. Тепло и больно одновременно. Сердце колотилось, предательски быстро, словно радовалось раньше меня.

Чёрт.

Я медленно выдохнула и прикрыла глаза всего на секунду.

Он не исчез. Он просто зашёл иначе.

— Доброго вечера, — сказав это, он вышел с квартиры.

Дверь за ним закрылась с тихим щелчком. И в квартире сразу стало… слишком тихо.

Я осталась одна. И вместе с тем будто не одна вовсе.

Я медленно прислонилась спиной к двери, ощущая холод дерева сквозь тонкую ткань футболки. Сердце билось так громко, что казалось, оно заполняет всё пространство, перекрывая даже запах цветов.

Бум.

Бум.

Бум.

Я закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. Не получалось.

Пионы.

Я оттолкнулась от двери и медленно пошла вперёд, словно боялась нарушить что-то хрупкое. Каждый шаг был осторожным, почти нерешительным. Я шла между корзинами, как между живыми существами.

Их было безумно много.

Они стояли вдоль стен, у зеркала, возле комода, на полу. Огромные, пышные, раскрытые, будто только что срезанные. Лепестки мягко осыпались, лежали на паркете, цеплялись за мои носки.

Запах был повсюду. Он обволакивал, лез в грудь, путал мысли. Сладкий, тёплый, слишком интимный. Такой запах нельзя игнорировать.От него не спрятаться.

Я остановилась посреди комнаты и медленно повернулась вокруг своей оси.

Рука непроизвольно легла на грудь. Сердце всё ещё билось бешено. Не от злости. Не от раздражения.

От него.

— Что же ты делаешь… — прошептала я в пустоту.

Голос вышел хриплым, слабым.

Я подошла к одной из корзин, медленно опустилась на корточки и коснулась лепестков. Они были прохладными, бархатными.

Перед глазами вдруг встал он. Его взгляд. Его голос. Его присутствие, которое даже сейчас через цветы заполняло меня изнутри.

Я резко убрала руку, словно обожглась.

Чёрт.

Почему я не могу тебя ненавидеть?

Почему, сколько бы я ни пыталась, внутри всё равно что-то откликается? Почему каждый его шаг как крючок под рёбра?

Я медленно поднялась, прошлась дальше. В зеркале мелькнуло моё отражение. Чуть бледная, с растрёпанными волосами, и с этим проклятым блеском в глазах.

Слабая.

— Ты не имеешь права… — прошептала я, глядя на себя. — Ты не имеешь права так возвращаться.

Но он уже вернулся.

Не звонками. Не словами. А этим безумным, молчаливым жестом, от которого внутри всё переворачивается.

Я закрыла лицо руками и глубоко вдохнула. Запах пионов тут же заполнил лёгкие.

И вместе с ним — он.

Я медленно опустилась на диван, обхватив себя руками, словно пытаясь удержаться. Сердце всё ещё не успокаивалось.

Что ты делаешь со мной, Мэддокс?..

И самый страшный вопрос, который я не решалась произнести вслух:

А что, если я снова позволю тебе?

Вдруг опять послышался звонок домофона.

Я уже знала, кто там.

Этот звонок был другим. Не резким, не чужим. Он будто прошёлся по позвоночнику, заставив всё внутри напрячься и замереть.

Я медленно подошла к двери, почти не чувствуя пола под ногами. Дыхание сбилось, ладони стали влажными. Я положила руку на ручку, и на секунду замерла, будто ещё могла передумать.