Книга После шторма, страница 50 – Лора Павлов

Я провела картой, Марго все аккуратно уложила по пакетам, и я вернулась к стойке. Кейдж говорил по телефону — наверное, с мамой, объяснял, что нам пришлось остановиться на ночёвку.

Я вытащила пончик с сахарной пудрой и откусила. Простонала от удовольствия. Я умирала с голоду. Он посмотрел на меня, в его взгляде — смесь злости и жара. Я молча протянула ему пончик, и он взял его.

— Ладно. Спасибо еще раз. До завтра, — сказал он в трубку, поблагодарил Марго за телефон и повел меня к лифту.

Когда мы вошли, он встал напротив, не сводя с меня взгляда. Мы были насквозь мокрые, и я с трудом сдерживала дрожь от холода.

— Что в пакетах?

Я перечислила все, что купила, и он приподнялбровь:

— И что, без Hot Tamales?

— Нет. Представляешь, Hot Tamales у них нет. Шок, правда? Были термоштаны и пушистые носки, но твоих любимых конфет — увы, — сказала я, стараясь не улыбнуться, пока двери лифта открывались и я вышла с Кейджем позади.

— Сгораю от нетерпения услышать почему.

— Потому что их никто не ест. Это конфетный вид на грани вымирания. А вот M&M's — это шедевр, проверенный временем. С тех пор как изобрели сладости, он держит марку. Это идеальный перекус — классика, нестареющая и превосходная.

Он остановился у двери и достал ключ:

— Может, ты просто не особо старалась найти мои конфеты. Тебе же нравится вести себя так, будто твои вкуснее моих.

Когда я включила свет, меня передернуло от покрывала с цветочным узором в оранжевых и горчичных тонах — все идеально совпадало с занавесками. Марго не шутила насчет проблем с отоплением: в комнате было холодно. Лучше, чем на улице, но до уюта было далеко.

— Господи. Дыра, а не номер, — проворчал Кейдж, захлопывая за собой дверь. — Готов поспорить, в этой комнате кого-то убивали.

— Не переживай. Я обещаю тебя не убивать. Ради Грейси.

— А с чего ты взяла, что не я убью тебя? — Его голос стал низким и хриплым, от чего я едва не свела бедра вместе, несмотря на то, что дрожала от холода и сырости.

Он заметил это — и в его взгляде снова появилась мягкость. Я сбросила пакеты на стул у двери и протянула ему термобелье:

— Вот, держи.

— Иди переодевайся первой. Я пока попробую понять, можно ли выкрутить отопление сильнее.

Я зашла в ванную и была благодарна, что в сумке оказались расческа и лосьон. Сняла всю мокрую одежду и повесила ее сушиться на штангу для душевой занавески, надеясь, что за ночь все подсохнет. Белье тоже было насквозь, я сняла его и повесила над ванной. Протерлась полотенцем, натянула сухую одежду — уже стало гораздо теплее. У зеркала расчесала волосы, умылась теплой водой и намазалась лосьоном.

Когда я вышла, Кейдж возился с термостатом.

— Надеюсь, заработает, — пробормотал он, оглядев меня с ног до головы, а потом быстро отвернулся и взял свои вещи. — Сейчас вернусь.

Я разложила закуски на кровати, засунула в рот пончик и запила водой. Когда дверь открылась, мне пришлось зажать рот рукой, чтобы не расхохотаться.

Кейдж Рейнольдс. Метр девяносто.Суровая мужественность. В облегающем кроп-топе и лосинах по щиколотку, как будто нарисованных на теле.

Слезы текли по щекам от смеха, я буквально тряслась. Он выглядел нелепо, но при этом чертовски сексуально: пресс на виду, а штаны настолько обтягивали, что пояс сидел ниже линии V. Мой взгляд непроизвольно скользнул вниз — к отчетливому силуэту все еще возбужденного члена.