Книга Колыбельная ведьм. Скриптум Первый, страница 157 – Влада Мишина

– Вы выглядите слишком удивлённой, – угрожающе спокойно произнёс он. – Так вы не знали, кто я, или всё это время приходили в мой храм поглумиться?

Мне хватило сил лишь качнуть головой. «Не знала… Я не знала…»

– Бартоломью – моя фамилия. Газетчики уж больно её любят. Я же предпочитаю, чтобы ко мне обращались отец Дарио или prete.

Невзирая на головную боль и слабость, я вскочила с борта фонтана и шагнула в сторону, чтобы обойти священника… Бартоломью… Дарио.

– Простите. Я должна идти.

Прохладная рука, которая только что приносила облегчение, теперь до боли сжала моё запястье.

– Отпустите, – выдохнула я, сдерживая подступающие слёзы.

У меня не было магии после борьбы с проклятием ненависти, у меня не было сил, и меня удерживал в пустынном саду враг…

– Отпущу, – жёстко сказал Бартоломью, – после того, как вы ответите на вопрос.

– Какой вопрос?..

– Что вы делали в соборе Первозданного?

Он не отпускал мою руку и не шевелился, ожидая ответа.

– В первый раз я пришла туда с девушкой, которая верует в то же, во что и вы. Это было случайностью, – честно ответила я.

– Предположим, – недоверчиво протянул священник. – А что вы скажете про свой второй ночной визит?

– Я хотела узнать…

Глупо, как же глупо должны были прозвучать мои следующие слова! И я просто не могла на них решиться.

– Что вы хотели узнать? – Хватка Бартоломью стала жёстче.

– Почему ненавидят ведающих! Почему вера, построенная на прощении, столь жестока!

– Узнали? – Очевидная насмешка, прозвучавшая в его голосе, стала последней каплей.

– Отпустите!

Я дёрнулась, силясь вырвать руку из хватки, а в следующий миг ощутила холод каменной стены поместья, в которую Бартоломью рывком впечатал меня.

– Ах!..

– Отвечай правду, ведьма! Что ты искала в Его обители?!

Ярость, которую я ни разу не слышала из уст этого мужчины, была ужасающей. Все истории про жестокость и непримиримость Бартоломью вмиг обрели краски – стали моей реальностью.

Но даже без сил я оставалась ведьмой, а ведьмы не терпят такого отношения. Я не собиралась сдаваться.

– Я сказала вам правду, святой отец Дарио, prete, Бартоломью, или как вам там нравится, чтобы вас называли. – Каким-то чудом мне даже удалось говорить ровно. – Если вам нужен повод обвинить меня в чём-то, то поищите его в другом месте, не прикасаясь ко мне.

Только договорив, я поняла, насколько близко был священник: ледяные глаза прожигали, а дыхание касалось лба.

– Мне больше нравился страх на вашем лице, – выдохнул он.

– Неужели, святой отец? – процедила я сквозь зубы. – Вам что-то могло понравиться в ведьме?

Это было безумием. Я ожидала, что он ударит меня, попытается задушить – ожидала чего угодно, но не медленного пугающего приближения к моему лицу.

– Ч-что вы делаете?..

Крылья его носа дрогнули: он вдыхал мой запах.

– Кажется, я понял, Эстер Кроу, почему вы заинтересовали меня в обе наши встречи.

Нет. Геката, нет. Я не хотела быть «интересом» этого человека, однако он продолжал говорить:

– Должно быть, я чувствовал, что вы ведьма, даже не зная этого наверняка. И именно поэтому во мне родилось желание. Осталось лишь понять, чем оно вызвано… Хотите узнать, о каком желании речь?

– Просветите меня! – выплюнула я, дёргаясь и пытаясь освободиться. – Хотя нет! Позвольте мне угадать! Вы почувствовали желание меня сжечь?