Книга Ловушка, страница 19 – Джек Тодд

Вместо криков с губ Элис срываются едва слышные хрипы. Глазница и вся правая половина головы разрываются от боли, ногтями она впивается в собственные ладони и расцарапывает до крови. Ей становится тесно в своём же теле, становится тесно на этом жутком острове и во всём мире разом.

Ей хочется выжить. Спастись и увезти отсюда семью — схватить в охапку Кроуфорда и Джареда и никогда больше не возвращаться на Хемлок Айленд. Пусть с ним разбираются другие, пусть живут здесь хоть всю жизнь, но им здесь делать нечего. Лучше остаться в живых, чем умереть ради этого богами забытого места.

Но Элис понимает — этому не бывать. Осознание того, что она умирает подбирается к ней так легко, словно она знала об этом всю жизнь. Знала, что погибнет на Хемлок Айленд, задыхаясь от своих же криков, захлебываясь солёной морской водой и рвотой. Слыша, как совсем рядом, справа от неё что-то хлюпает и причмокивает — так громко, так ярко.

Перед смертью она отчетливо представляет, как нечто пожирает её глаз.

***

— Элис! — кричит Кроуфорд. Рядом с ним шагают сторож Саммерс с фонариком в руках, Джаред и Стефан. — Где ты?

На остров уже несколько часов как опустилась ночь, вокруг до сих пор бушует гроза и льющий стеной дождь сносит порывами ветра прямо в их сторону, но они всё равно идут в сторону пирса.

— Может, она всё-таки где-то в поместье? — спрашивает Стефан, пытаясь перекричать ливень, и ежится.

— Нет её там, мы же всё осмотрели. Да и не в её характере играть в прятки. Мы давно уже не подростки.

— Мало ли, заснула или захотела побыть одна.

На поиски Элис Стоун они вышли почти всей семьей — в поместье остались только Эшли, Джессика и миссис Стэнли. На тот случай, если та вернётся раньше или окажется где-то в доме.

Лили плетётся в самом хвосте поисковой группы. Не прячется под зонтом и не прикрывает лица от порывов ветра, но от бьющей прямо в лицо воды щурится и морщится точно так же, как все остальные. Руки ноют.

— Смотри, пап, что это там? Справа от пирса, — говорит Джаред и указывает на темное пятно неподалеку от воды. Там, где заросли болиголова плавно переходят в песчаный берег.

— Элис! — на всякий случай зовёт Кроуфорд.

Отчего-то никто не спешит приблизиться к темнеющему в отблесках молний силуэту. Напоминает тот скорее камень, нежели человека, — огромный перекошенный валун, обточенный волнами и обросший кораллами.

Мистер Саммерс идёт первым, освещает дорогу фонариком. Тусклый свет выхватывает из ночной тьмы всё больше и больше деталей: вот они видят побитые ливнем светлые цветы, а вот в траве валяется несколько выброшенных на берег, но уже погибших рыб.

Лили шумно сглатывает и удивляется, что никто этого не слышит.

— Боже мой! — в ужасе кричит Стефан.

Лили выглядывает из-за спин своих старших братьев и сторожа поместья, и на несколько мгновений замирает. На берегу лежит в неестественной, изломанной позе, Элис — руки заведены за голову, а ноги согнуты в коленях. Её будто заставили покаяться. Бледное лицо испачкано в крови, а на месте глаз — на месте глаз зияющие тьмой пропасти.

Лили не хочется знать, где глаза Элис, но несколько долгих мгновений она смотрит на пустые, окровавленные глазницы. На торчащие куски плоти и размытую дождём кровь.

Жуткая картина, но она умеет с уважением относиться к смерти. К горлу,вопреки её желанию, подступает тошнота.