Книга Синие бабочки, страница 102 – Джек Тодд

Да и к черту Джессику, я пришла прочесть о Хелене Браун.

Разложив газету на невысоком журнальном столике перед креслом, я вновь пробегаюсь по тексту: убийство не раскрыли, хотя в те годы подключали не только полицию штата, но и ФБР. Но ведь Хелену нашли прямо на территории академии, это здорово сужает круг подозреваемых: либо это был кто-то из студентов, либо кто-то из преподавателей. Но я поспорить готова, что в прошлом полиция никого не нашла только из-за денег. Убийца Хелены мог оказаться таким же любителем дружить с ректором, например.

Сколько студентов, интересно, поступает в академию Белмор по гранту? Сомневаюсь, что профессора рекомендуют черт знает кого направо и налево, Рид в этом плане скорее исключение из правил. И порекомендовал он меня вовсе не из альтруизма и даже не ради того, чтобы обеспечить мне безбедную жизнь или подарить отличное образование. Он сделал это только из-за того, что ему так захотелось. Держать меня поближе к себе, наблюдать за мной, касаться меня.

Прикрыв глаза на мгновение, я тяжело вздыхаю и переворачиваю страницу. Боже мой. Фотография Хелены Браун занимает чуть ли не половину полосы, и в первые секунды мне кажется, будто я смотрюсь в кривое зеркало: у нее такие же густые темные волосы, спадающие на лицо, большие карие глаза, чуть пухлые губы и бледная кожа. Поставь нас рядом, и легко будет перепутать, у Хелены разве что серебристой пряди у лица нет.

Хелена Браун – идеальная жертва, как две капли воды похожая и на меня, и на убитых недавно в Лос-Анджелесе девушек. К горлу подступает знакомый ком, а вдоль позвоночника пробегает волна холода: теперь я практически уверена, что Рид учился не где-нибудь, а в академии Белмор. Но искать его имя в старых выпусках академической газеты бесполезно: кто станет писать о ком-то из студентов, если никого из них в убийстве не обвинили? А о друзьях или знакомых Хелены в статье ни слова. К тому же газет, где упоминалось дело Хелены, всего две. В те годы они уже начинали выходить из моды, и большинство новостей публиковали в сети.

Но академия Белмор отлично подчищает хвосты, и я не нашла ничего об убийстве ни в публичном архиве академии, ни на сайтах, ни даже в социальных сетях. Да, есть пара упоминаний, что Хелена Браун погибла десять лет назад, или что на территории академии произошло убийство, но на этом все. Но списки выпускников – совсем другое дело.

Я закрываю газету, стараясь не присматриваться к фотографиям Хелены, и откладываю ее в сторону. Достаю из стоящей у кресла сумки ноутбук и подключаюсь к внутренней сети, чтобы снова залезть в архив. Миссис Такер что-то бубнит себе под нос, шумно перелистывая страницы книги, но пока здесь только она и пара старшекурсников, корпящих над проектами, меня все устраивает. Лишь бы не трогали и не пытались высмотреть, что я ищу.

Все оказывается гораздо проще, чем я думала. Всего пара кликов, чтобы открыть список действующих преподавателей академии, и на меня с экрана ноутбука смотрят знакомые зеленые глаза: на фотографии Рид улыбается одними губами, его взглядом можно заморозить целую Арктику, но есть в нем что-то притягательное. Темное и манящее, и чувство это передается даже сквозь фотографию. Только я зашла сюда не Ридом любоваться.

Промотав немного вниз, я наконец-то вижу заветную строчку: «Выпускник академии Белмор». И стоило ради этого отказываться мне отвечать? Я фыркаю от негодования и с трудом подавляю желание захлопнуть ноутбук, выйти из учебного корпуса и рвануть прямиком к преподавательскому. Только боюсь, если вечером я покажусь у комнаты Рида, меня не так поймут. Особенно преподаватели, которым я наверняка попадусь на глаза.