Онлайн книга «Анастасия»
|
В Лондоне мы прожили несколько месяцев. Но Александра хотела покинуть Англию. Ей не по нраву был тамошний дождливый климат. Наш выбор стоял между Францией, Италией или Швейцарией. Супруга хотела поехать в Рим или Ниццу. Но я настоял на Париже. Вы думаете, что я настолько ужлюбил этот город вечных влюбленных? Город, где в центре стоит жуткий памятник промышленному урбанизму, под названием Эйфелева башня? Город, где половина публики ходит в вечном подпитии? Город, где всегда пахнет вином и жареными каштанами? Да, я романтик, и меня всегда влекло в те места, где царствует любовь и чувственность. Но ведь и Рим мало чем отставал от Парижа по части амурной славы. Вы, верно, догадались, отчего мои глаза неизменно смотрели в сторону Парижа. Я помнил, что именно сюда уехала Анастасия. И хоть всё это было слишком зыбко и даже, возможно, грозило оказаться чистым вымыслом или откровенной ложью горничной Ланских, однако, у меня с тех самых пор не было ровно никаких зацепок, связанных с Настей. Помимо одного места на земле, которое называлось Парижем. Я понял, что все эти годы с тайной надеждой я смотрел лишь в сторону этого древнего города. Кстати, я забыл, господа, сказать вам о том, что ещё в 1902, когда я уже прошёл лечение и свою душевную реабилитацию в монастыре, тогда, когда я уже полгода работал в Калуге, оказавшись в Москве, я вновь поехал на Остоженку, чтобы увидеть особняк Ланских и, возможно, уточнить местопребывание Анастасии. Но, каково же было мое удивление, когда вместо особняка я увидел лишь пустое место, с останками старой чугунной изгороди и нескольких кирпичей. Когда же я попытался разузнать подробности, то один из дворников поведал мне о том, что некий купец по фамилии Сиволапов купил это место под строительство нового доходного дома. О семействе Ланских никто и ничего мне толком не смог даже сказать. Никто не знал, куда эта семья уехала, и где затерялся их след. Я даже, господа, отправился было в свою старую Поливановскую гимназию, с желанием разузнать о Ланских у того самого старенького учителя пения по фамилии Журавский. Но, увы, Журавский скончался за полгода до моего визита. Расстроенный этой новостью, я всё же решился зайти в канцелярию Арсеньевской гимназии и поинтересоваться судьбой Анастасии Владимировны Ланской. Но в канцелярии мне ответили, что Ланская покинула сие заведение, не получив аттестата. Что её тетя забрала документы и не известила никого о новых планах семейства. – Значит, она так не держала выпускной экзамен? – рассеянно спросил я. – Нет, конечно, – ответила мне пожилая дама, работающая в канцелярии. –Я хорошо помню эту девочку. Училась она весьма посредственно. И, тем не менее, до получения аттестата ей оставалось лишь несколько месяцев. Все преподаватели были удивлены таким странным решением, забрать документы незадолго до окончания учёбы. – А вы, случайно, не знаете, куда они переехали? В ответ строгая дама лишь пожала плечами. Таким образом, кроме призрачного Парижа у меня не было ровно никакого иного направления в поисках Насти. * * * И потому я уговорил Александру поехать именно сюда. Хотя, она никоим образом не догадывалась о моих тайных мотивах в выборе этого города. Наши взоры пали на 7-ой округ. Это был престижный район, где сдавались внаём самые дорогие квартиры и дома. Мы поселились сначала в весьма фешенебельном особняке на улице Верней (Rue de Verneuil). И прожили там полгода. В этом районе было мало русских, за исключением лишь самых знатных представителей русского дворянства. Позднее мы переехали в 16-й округ, где было больше садов и парков, и поселились в районе Пасси (Passy), на правом берегу Сены. |