Книга Позолоченная корона, страница 62 – Марианна Гордон

Фарвор был прав, когда говорил о том, что покушение на жизнь принцессы оставалось на уме у всех придворных и людей, облеченных властью. Хелльвир не пришлось долго ждать, чтобы услышать это слово, которое она мысленно сравнивала с блестящим крючком для ловли скользких угрей. Заговор.

Хелльвир постаралась как можно незаметнее прислушаться к беседе двух молодых женщин-оруженосцев, с которыми Фарвор познакомил ее до начала ужина. Он сказал, что девушка в желтом служит Дому Сенодинов; ее звали Кейн. Девушка в пурпурной с серебром форме состояла оруженосцем у дамы из Дома Ханнотиров и звалась Ивуар.

– Нет, – вполголоса произнесла оруженосец Дома Сенодинов, – я больше ничего об этом не слышала. Откровенно говоря, раздражает, когда никто вокруг ничего не знает о происходящем.

– А какое-нибудь расследование проводится? – спросила Ивуар.

– Естественно. Твоих хозяев не допрашивали? Опрашивают членов всех Домов, которые были на том ужине. – На лице Кейн отразился страх. – Лорд и леди Сенодины вышвырнули следователя вон.

Ивуар отбросила за спину прядь каштановых волос.

– Я уверена, что леди Ханнотир будет в полном восторге. – Она надулась, изображая могучую пожилую даму с двойным подбородком, и пробубнила: – «И вы осмеливаетесь допрашивать меня? В моем собственном доме? Как служанку, укравшую круг сыра? Как вы смеете, сэр!» – Потом Ивуар сделала вид, что подавилась слюной от негодования, и Кейн расхохоталась.

– Иви, – с улыбкой произнесла она, – нельзя так высмеивать свою госпожу. Ее шпионы могутдонести на тебя.

Ивуар пожала плечами – она уже почти прикончила кубок вина.

– Как же, станет она нанимать шпионов, ей и дела нет до того, что о ней болтают, – возразила Ивуар и допила вино.

Справа от Хелльвир сидела компания молодых людей, чьих имен она не знала: два оруженосца в темно-зеленой одежде с вышитыми на лацканах мордами волка и еще один, в лиловом, с эмблемой в виде чаши.

– У них есть подозреваемые? – спросил оруженосец с волком.

– Я слышал, дворцовый повар до сих пор сидит в темнице, – заметил тот, что с чашей. – Они считают, что яд подсыпал он, но не знают, кто его подкупил.

Оруженосец с волком поморщился.

– Имеет смысл. Ее же отравили, а повару проще всего это сделать.

Напротив Хелльвир еще двое – юноша и девушка в черном с вышитыми на груди изображениями дуба – говорили о том же.

– Дело в том, – задумчиво произнесла девушка, отщипывая виноградину от грозди с таким видом, словно они обсуждают сравнительные преимущества пород охотничьих собак, а не смерть будущего монарха, – что за этим стоит кто-то еще, кто-то же нанял повара. Он не стал бы травить ее по собственной инициативе.

– Он служит королевской семье с тех пор, как принцесса была ребенком, – подхватил ее собеседник. – Должно быть, денег ему отвалили немало. – Он заметно вздрогнул. – Или пригрозили чем-то серьезным.

– Список подозреваемых просто бесконечен, – услышала Хелльвир чей-то громкий, хриплый, полупьяный голос. Голос принадлежал женщине в белой одежде с вышитой на плече розой. – Во всем Кроне не найдется второго человека, чья смерть была бы выгодна такому огромному количеству народа.

Испуганные соседи быстро заставили ее замолчать.

Хелльвир вспомнила циничную фразу, сказанную Салливейн о гражданской войне между аристократическими Домами, которая должна была неизбежно начаться после ее смерти: «Благородных людей мир не особенно интересует. Во времена смуты и войны проще захватить власть и умножить свои богатства».