Книга Слово Вирявы, страница 156 – Анна Бауэр

– Матушка-Вирява, исцели, забери нас обратно! – взмолилась Ульяна.

Вздохнула Вирява тяжело – ветер подул, крыши с домов деревенских снял. Заплакала Вирява, закричала над любимым дитятей своего леса – пошел ливень. Махнула рукой Вирява – разбросала стволы как ветки, подхватила Од Овто, положила себе на ладонь, повернулась спиной.

– Не оставляй нас, Вирява-матушка! Не будет тут жизни ни мне, ни детям моим малым! – застенала Ульяна, простирая руки.

Обернулась Вирява, протянула ладонь шириной с поляну, взяла и Ульяну, и медвежат. Две ладони соединила, да только жизнь со смертью даже Виряве не дано соединить.

Несла она их долго ли, коротко ли, в Овтонь Мастор – вдову медвежью, да ее медвежат, да мертвого медведя, что был ласковее крыла бабочки, нежнее шапочки одуванчика.

Варя

Варя шла обратно оглушенная, точно выеденная изнутри, как тот дуб, в котором ей довелось провести полторы тяжелые ночи. Вирява поставила ее перед невозможным выбором: сохранить свою жизнь и предать Куйгорожа, ставшего ей и другом, и возлюбленным, или не предать, но, скорее всего, погибнуть. Исполнить свою мечту – создать семью, стать матерью, пусть не родной, зато сразу нескольким детям, но отказаться от любви. А самое страшное, что теперь терзало Варю, – какое бы решение она ни приняла, Алена, защищая ее, погибла напрасно. Выходит, верьгизы получили-таки свою кровь за вожака, молодую и невинную.

Месть или прощение – так сказал медведь. В Варином сердце не было ни того ни другого. Только пустота.

Белки проводили Варю до самого края леса, вспорхнули на деревья и быстро исчезли из виду. Солнце уже давно начало свой путь к горизонту, а, значит, время снова работало против Вари. Она потуже подпоясала панар и, подобрав его, побежала к дому на отшибе чернеющей вдалеке деревни.

Когда она выбилась из сил и перешла на шаг, ей послышался вой. Чем ближе она подходила к дому, тем яснее становилось: не зверь это воет, а плачет женщина. И не просто плачет – оплакивает.

Трава у полусгоревшего амбара была залита кровью. Здесь раненные Аленой верьгизы обернулись обратно в людей. Отсюда ушли лечить свои раны лесными травами и заговорами колдунов. Голос плакальщицы звучал все пронзительнее, и Варя шла на него, повинуясь его печальной власти. Плакала Люкшава. Теперь Варя ее узнала.

На крыльце Варю встретили Сергей и Куйгорож. Оба вскочили, посмотрели одинаковыми, тревожными глазами.

– Ну наконец-то!.. – первым начал Сергей и сбежал к ней, чтобы обнять. – Ты цела? – Он осмотрел Варю с ног до головы. – Чего лесной ведьме от тебя понадобилось?

– Не сейчас… Потом… Со мной все хорошо.