Книга Баллада о призраках и надежде, страница 39 – К. М. Моронова

Его взгляд падает на мои голые руки, впервые он видит их не покрытыми платьями с длинными рукавами, которые я носила, и видит татуировки бабочки и моли, покрывающие предплечья. Бабочка гонится за молью на моей правой руке, между ними тянется струйка дыма, а моль гонится за бабочкой на моей левой руке, и те же струйки дыма связывают их друг с другом.

Его улыбка становится ярче на мгновение, прежде чем он замечает прячущиеся под ними шрамы. Затем я вижу, как его сердце практически останавливается и на лице появляется грустная гримаса. Боль, и, возможно, многие другие вещи, существуют внутри него в этот момент. Но Лэнстон, оставаясь самим собой и всегда любознательным мужчиной, которым я восхищаюсь, поднимает руку и проводит большим пальцем по татуировкам.

— Молы и бабочки, да? — Его глаза смягчаются, и он шепчет: — Кто из них кого поймал?

— Если моль поймает бабочку, она ее съест. Если бабочка поймает моль, она оторвет ей крылья. Как ты думаешь, кто из них должен поймать другого? — говорю я с маниакальной улыбкой. Лэнстон кривится от моего черного юмора.

— Ну, что они действительно символизируют? — спрашивает он меня, снова проводя большим пальцем по чернилам, отчего по моей руке пробегают мурашки.

Он так проницательен, в отличие от многих людей, знавших меня так долго. Думаю, я могу ему рассказать.

— Это мой взгляд на тоску. Понимаешь, моль — это тьма, которая гонится за бабочкой, стремясь к ее яркости. Но когда моль убегает, бабочка, будучи светом, гонится за ней в ответ, не в состоянии существовать без моли, потому что без тьмы нет света.

Лэнстон улыбается.

— Это здорово. А как насчет того, что они скрывают? — говорит он более деликатно, его ресницы прикрывают эти прекрасные глаза.

Я сомневаюсь. Никогда об этом раньше не рассказывала.

Смотрю в его глаза. Там живет только доброта ипонимание, и я знаю, что могу смело рассказать ему.

— Они никогда не могут долго скрывать такие вещи.

Лэнстон покидает эту тему. Он видит, как в уголках моих глаз появляются слезы и не настаивает на своем. Я чувствую, что меня привлекает его терпение. Понимание и забота. Но это заставляет меня думать обо всех, кто не был добрым и терпеливым ко мне, когда я еще дышала и в моих жилах текла кровь. Лэнстон заставляет меня смотреть на вещи по-другому.

Мы свернулись калачиком на его кровати и наслаждаемся фильмом. Молча, позволяя страхам из музыкальной комнаты исчезнуть. Это было не так уж плохо. Это было очевидно. Если бы это было не так, то было бы страшнее, как с теми, что шепчут. Но это было более игриво, чем жестоко.

Я хватаю горсть попкорна, и в тот же миг Лэнстон тянется ко мне. Наши руки сталкиваются. Мой взгляд находит его, он лежит так близко к кровати, что наши носы почти касаются. Мои предательские глаза опускаются к его губам и снова поднимаются к его глазам. На какой-то иллюзорный миг мне кажется, что он меня поцелует. Но когда этого не делает, я заставляю свое внимание вернуться на экран. В фильме девочка плачет и бежит домой под дождем. Сейчас я во многом похожа на неё. Я чувствую себя глупо, даже думая, что он мог бы поделиться теми же непристойными мыслями.

Фильм заканчивается хэппи-эндом, а наша миска с попкорном пуста. Лэнстон смотрит на свою дверь, словно думает, не встать ли ему и не передвинуть стул.