Книга Другие правила, страница 228 – Валерия Аристова

...

Бросив Валери Григор пошел искать ее мужа. Он не знал, что скажет ему, он даже не был уверен, что ненавидит его, и точно знал, что не имеет права его убить. Григор Бобрин никогда не был кровожаден, старался не доводить дело до дуэлей и, несмотря на свою репутацию, имел очень небольшой список серьезных стычек.

Дон Хуан обнаружился на небольшой полянке, где в темноте белели тела нимф, расставленных по кругу. Он стоял перед одной из них и, казалось, внимательно ее рассматривал.

Услышав шаги он обернулся и замер, узнав соперника.

— Не откажите мне в разговоре, дон Хуан.

Бобрин стоял вдалеке, в тени каштана и почти сливался с сумраком. Хуан молча смотрел на него, потом склонил голову в полупоклоне. Рука его легла на эфес шпаги, но тут же скользнула вниз. Он мог бы убить его или погибнуть сам, но не было никакого смысла в кровопролитии, когда Валери все равно не любит его. Зачем заставлять страдать еще и ее, если он может взять всю боль на себя, уйти, оставить ее наедине с любовником, и подарить ей возможность быть счастливой, раз они не могут быть счастливы оба. Если во время истории с доном Родриго он надеялся, что Валери хоть немного, но любит его, что она вернется к нему, что он сможет назвать ее свой женой,то появление еще одного искателя приключений окончательно убило в нем всякую надежду. Теперь Валери была его женой, но он был настолько же далек от цели, как и тогда, когда она стала встречаться с доном Родриго в Испании. Она навязывала ему ту же самую роль, ничего не давая в замен, кроме увесистых раскидистых рогов. Ничего не изменилось, и он все так же не мог противостоять ей, как не мог противостоять в Испании и в Шатори.

— Дон Хуан, — Бобрин вышел из тени и стоял теперь гораздо ближе, — я пришел не для того, чтобы поссориться или не дай Боже вызвать вас на дуэль. Я хочу узнать причину, по которой вы собирались развестись с мадам Валери.

Дон Хуан поднял голову, потом вскинул брови.

— Я не собираюсь отчитываться перед вами, месье.

— К сожалению вам придется сказать мне, потому что от вашего ответа будут зависеть мои дальнейшие действия.

— Должен ли я воспринимать это как угрозу, господин Бобрин?

— Скорее как признание. Мне необходимо понять, что происходит. Валери сделала свой выбор, и выбор ее правилен и очевиден, но я должен сделать свой.

Дон Хуан молчал, ненавидя Бобрина всеми фибрами души. Что бы ни сказала Валери, что бы не предпринял ее любовник, он никогда не отдаст ее этому павлину. Некоторое время он взвешивал все за и против, и пришел к выводу, что даже если он убьет Бобрина, то все равно ничего не изменит. Валери найдет следующего негодяя, и он снова окажется в роли рогоносца. Отдать же ее он не мог, потому что вся его жизнь заключалась в возможности быть где-то поблизости. Роль, которую ему навязывали, была ему невыносима. Наблюдать за ее интрижками, отбивать ее от ее любовников, быть тихой гаванью между приключениями... Если сейчас он промолчит, то останется в этой роли навсегда.

— Даже если я пожелаю вам ответить, то мой ответ не принесет вам никакой пользы, господин Бобрин, — наконец сказал он, — более того, от этого будет только вред, ибо вы узнаете, что вы на самом деле не первое подобное увлечение Валери.

Бобрин помолчал, он помнил историю с доном Родриго и вынужден был признать, что сам оказался в его роли.