Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 61 – Екатерина Ильинская

— Пройдёмте, посмотрим документы на коббарру и условия её содержания, — произнёс инспектор и буквально сдвинул меня с дороги.

— Но-о-о… — протянула я и, опомнившись,бросилась в дом. В голове кружились панические мысли, как объяснить, что у меня нет документов, как отсрочить проверку. — Подождите… Я не…

— У вас есть документы или нет? — строго спросил мужчина. А я закивала, а потом замотала головой. Я просто перестала соображать. Не мог! Не мог мэр отобрать у меня Саюши сразу после того, как я признала сама себе, что хочу её оставить.

— Шс-с-с, — появилась из кухни коббарра. А лучше бы сидела где-нибудь в уголке!

— Свободно ползает по дому, вольера нет, — пробормотал под нос инспектор, достал из кармана бланк, перо и поставил напротив одного из пунктов жирный минус. У меня задрожали губы.

— Что тут происходит? — раздался сзади знакомый голос, но я даже не поняла, кто говорит. И только когда инспектор повернулся в вошедшему, я тоже посмотрела на стоящего в дверях… Эрнета Хантли. — Амелия, вы что, плакали?

Хантли впился взглядом в моё лицо, что-то там высматривая. А во мне вдруг зародилась надежда. Он же поможет мне? Правда, поможет?

— Вы плакали, — сделал вывод журналист и резко обернулся к инспектору. — Чем вы её расстроили?

Я не плакала. Точнее, плакала, когда подавилась пирожком, но готова была зарыдать хоть прямо сейчас и лить слёзы до конца дня, лишь бы журналист помог мне оставить Саюши.

Инспектор опешил от подобного обвинения. Он-то знал, что ещё не успел довести меня, хотя явно был к этому готов, и ему бы это не помешало забрать коббарру. Но замешательство его длилось недолго.

— А почему я должен вам докладывать? Я действую согласно указу мэра, выполняю свои должностные обязанности, в которые не входят объяснения посторонним лицам моих действий. — Инспектор вскинул голову, пытаясь посмотреть на Эрнета свысока, и это выглядело нелепо — журналист был значительно выше работника мэрии.

— Я не посторонний. — Хантли достал из внутреннего кармана жилета лист бумаги, на котором виднелся оттиск печати мэра — уж её я хорошо запомнила. — Я теперь независимый наблюдатель с неограниченными полномочиями. Вот официальное назначение. Так что я требую ввести меня в курс дела.

Хантли протянул бумагу инспектору. Нехотя, но тот принял её, развернул, пробежал глазами и заметно скис. Зато я обрадовалась. Пока было непонятно, как именно это поможет мне с Саюши — ни документов на змею, ни подходящих условийдля её содержания всё ещё не было, — но хотя бы можно было не волноваться, что инспектор фальсифицирует результаты осмотра. Хантли не позволит этого сделать. Кто угодно, но только не он.

— Я повторю свой вопрос: что вы тут делаете? — Лист с назначением снова скрылся во внутреннем кармане жилета так быстро, что я даже не успела подсмотреть, что там такого написано. Впрочем, это было неважно.

— Отлов животных сообщил, что передал госпоже Ковальд миларскую пушистую коббарру. На регистрацию магического существа новым указом мэра отводится три дня, за это время необходимо выполнить вот эти условия.

Настала очередь инспектора протягивать Хантли документы. Тот спокойно взял их, перелистал, нахмурился, но промолчал. Только кивнул, подтверждая, что с бумагами всё в порядке.

— Сегодня третий день. Если госпожа Ковальд не выполнит все условия, то я вынужден буду забрать существо.