Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 60 – Екатерина Ильинская

— Пошли домой, скоро надо открывать салон.

Да, теперь это точно был наш общий дом. И эта мысль почему-то вызывала радость, а не досаду. Я перехватила змею поудобнее, на секунду пожалев об оставленном в храме ящике, и пошла обратно, но заходить и забирать его не решилась. Даже просто проходила мимо ворот с тревогой. К счастью страшный мужик нас там не караулил.

На крыльце меня ждал мальчишка с письмом от мебельщика. Увидев меня, пацан радостно улыбнулся и спросил, будет ли ответ. Я кивнула. Мастер сообщал, что кухонный гарнитур готов, и можно установить его уже сегодня. Немного подумав, я написала, что согласна. Сборка мебели — это же тихий процесс? Он же не будет мешать моей работе? Мальчишка, получив монетку, тут же растворился в толпе.

До открытия салона оставалось полчаса, и это значило, что сходить к Нике и поесть я не успею. Спасибо Ошуру, что вчера я согласилась взять плату пирожками — последний из них и послужил мне завтраком. Надо было что-то решать с едой: скоро у меня будет кухня, но готовить… я не любила. Стоило поискать среди объявлений, может, кто-то предлагал услуги домохозяйки или экономки. Мне не надо готовить каждый день, два-три раза в неделюхватит, а судя по вчерашним доходам, я смогу это себе позволить.

Выйдя на улицу, я помахала разносчику, отдала монетку и получила газету. Листать рекламный раздел, жуя пирожок, было как-то до странности приятно — свобода не следовать чужим правилам, а устанавливать свои собственные. Да, мама всегда запрещала нам с сестрой читать за едой.

Приметив объявление, обещающее «жену на час», я зафыркала. Жена мне была не нужна, но вот услуги готовки, поддержания порядка в доме и осуществление разных мелких покупок и платежей — очень и очень. Название должности показалось мне настолько метким, что я выписала контакты именно из этого объявления.

В разделе светской хроники нашлось опровержение вчерашнего скандала с Лерайлией. Теперь «Вестник» утверждал, что девушке стало плохо, и она зашла в трактир в поисках помощи. Выглядело это всё крайне сомнительно. Просьбу о помощи не то чтобы легко перепутать с пьяным дебошем. Что же получается, наследница заплатила за опровержение? Или журналисты действительно раздули скандал из ничего? В этом была какая-то тайна, и мне захотелось разобраться. Вот бы погадать самой Шейронской! Но высший свет не ходит к неизвестным предсказательницам, пусть даже они никогда не ошибаются.

В дверь постучали. От неожиданности я поперхнулась. Пирожок встал поперёк горла, мешая дышать. На глазах выступили слёзы, а я натужно закашлялась. Кого там принесло раньше открытия?

Справившись с кашлем и наспех размазав слёзы по щекам, я направилась к двери с желанием кого-нибудь придушить. А нечего так пугать! И вообще, у меня утро не задалось с этим походом в храм!

Но, как оказалось, о незадавшемся утре у меня были слишком радужные представления. За дверью стоял незнакомый инспектор из мэрии. На мой вопрос, что ему нужно, мужчина в форменном кепи протянул новый указ, где срок регистрации магических существ сокращался с пяти до трёх дней с момента их появления у нового владельца. Внизу стояла подпись мэра, и в чернильных завитках мне виделась его издевательская усмешка.

«Госпожа Ковальд, вы думали, что выиглали? — словно наяву услышала я картавый голос. — Но эта палтия будет за мной».