Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 186 – Екатерина Ильинская

— Анна, прости, я немного… увлеклась… новыми возможностями… — смягчила я своё временное умопомешательство. — Но я уже в порядке, честное слово.

— Хорошо бы, а то смотреть на тебя страшно…

Передо мной оказалась чашка кофе, хотя за окном сгущались сумерки. Впрочем, взбодриться не мешало. Я ощущала себя как после длительной болезни: с тяжёлой головой и совершенно потерянной во времени, а видения Хантли в шаре казались горячечным сном — обрывистым и малопонятным. И ещё стало очень совестно — я же, по сути, подглядывала за человеком. И это хорошо ещё, что не увидела ничего личного, хотя момент, когда Эрнет смотрел на мой портрет, резал по сердцу и пропитавшей всё грустью и тем, что никто другой видеть этого был не должен. Что же я наделала? И что будет, если Хантли узнает?

Думать об этом не хотелось, но от внезапно обрушившегося чувства вины никак не удавалось избавиться. Пресветлая Лейна, как я дошла до такого? Ну ладно, убедилась, что Эрнет в порядке, но потом… Способности — это хорошо, но чужую жизнь надо уважать. Я же всегда так гордилась тем, что не лезу в дела людей без запроса, и вот…

Может, это такая проверка Ошура, и тяга не совсем моя? Я снова посмотрела на слегка подрагивающие ладони. А могла ведь и дара лишиться. Хотя, конечно, меня бы сначала просто отбросило от запретной области, показывая, куда лезть не следует. Значит ли это, что Ошур одобряет мои действия? Я замотала головой, отгоняя вредные мысли. Даже если бог не против, то, как закрыть глаза на собственные принципы? Нет, это было недопустимо.

— Ты всё ещё ведёшь себя подозрительно, — сказала Анна на моё мотание головой и рассматривание рук и поставила на стол тарелку с едой.

Желудок отозвался урчанием, и я поскорее схватилась за вилку и принялась есть. И не совру, если скажу, что это были самые вкусные в моей жизни котлеты!

— А ты не знаешь, что там произошло с Девеником Своном? — наевшись, просила я у помощницы, но она только пожала плечами и кивнула в сторону стопки газет на подоконнике, которые набрались за время моего умопомрачения.

И вот за чашкой кофе, я, наконец, принялась разбирать прессу. Статья о заводе нашлась во вчерашнем выпуске и звучала так:

'ВЕСЬ БИЗНЕС В ОДНИ РУКИ?

Ещё недавно по всему городу ходили слухи о том, что Девеник Свонхочет одурачить юную наследницу Кастлера Шейронского и забрать весь бизнес себе, а уже сегодня мы видим, как всё сосредоточилось в руках девушки. Но потянет ли она бизнес в одиночку? Или эре знаменитых артефакторов завода с Книжной улицы пришёл конец?

Напоминаем, что партнёр Лейралии Шейронской Девеник Свон был схвачен по обвинению в похищении Кастлера и Розалины Шейронских. А ведь наши журналисты с первого дня предполагали, что за этим преступлением может стоять он! Что же получается? Один владелец пропал, другой отправился за решётку! Что будет дальше? Может, бизнес проклят⁈ Следите за новостями!'

Так! Что вообще тут творится? Сандра же устранила родителей Леры, чтобы Девенику достался завод, а теперь что? Его посадили по подозрению в похищении! Признается девица, чтобы спасти любимого, или оставит всё как есть? Что, интересно, она чувствует, отправив его своими руками за решётку?

Ответов не было. Немного подумав, я пошла в кабинет, чтобы сделать расклад, но надежда, хоть что-то прояснить растворилась в знакомых символах, которые я видела и раньше.