Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 127 – Екатерина Ильинская

Эрнет снова побарабанил пальцами по столу и задумчиво посмотрел на меня.

— Зато госпожа Панс близкая подруга леди Шейронской, и есть вероятность, что вы её там встретите. Хотя сейчас она всё время на заводе или с Девеником Своном, но, может, как раз сегодня заглянет к Сандре. Думаю, что именно визит подруги в салон и подтолкнул госпожу Панс к тому, чтобы пригласить вас к себе.

Лерайлия! Я бы хотела повидать её, убедиться, что девушка не сбилась с пути, и что будущее по-прежнему сулит ей встречу с родителями.

От всего сказанного Эрнетом я воодушевилась. Никакая опасность мне не грозила, а компания обещала быть хорошей. Ведь если Сандра подруга Лерайлии, то должна быть такой же приятной девушкой. И гости у неё тоже будут замечательные.

Но раздумывать об этом не было времени, следовало поторопиться, чтобы прийти к нужному часу. Так что я была рада, когда Хантли взялся найти мне экипаж и сопроводить до дверей нужного особняка. Ещё большую благодарность вызвало то, что во время всего пути он рассказывал про возможных гостей Сандры, и к моменту, когда мы оказались у ворот нужного особняка, я была уверена, что не растеряюсь, не забуду ничьих имён и не перепутаю обращения.

Но за секунду до того, как мои пальцы коснулись придверного молоточка, Хантли перехватил руку и крепко сжал. Я недоумённо на него посмотрела.

— Будьте осторожны. У меня нет никаких оснований думать, что в доме Пансов вам грозит опасность, но всё же что-то тревожит.

Сердце пропустило удар, но я не подала виду, как меня тронули эти слова. Вместо этого я высвободилась и сказала:

— Кажется, вы слишком хорошо вошли в роль гадалки, господин Хантли.

Эрнет помрачнел, а я пожалела о своих словах и попыталась сгладить впечатление.

— Мне очень приятно ваше беспокойство. Но, думаю, тут действительно нечего опасаться, вы же сказали, что мэр в Брейвиле…

— Всё так, Амелия. — Эрнет взял молоток и постучал. Я ждала, что кто-нибудь выйдет из охранницкой, чтобы открыть ворота, но спустя несколько секунд они распахнулись сами.— Удачи вам.

Хантли так и стоял за воротами, пока я не дошла по усыпанной гравием дорожке до дверей дома и не махнула рукой на прощание. Только тогда он ушёл, а меня вдруг объяла тревога, словно впереди ждали неприятности. Но кого: меня, Хантли или кого-то из гостей? Но отступать было поздно — дворецкий уже ждал, когда я зайду внутрь. Я кивнула, и слуга повёл в большую гостиную.

— Все уже собрались. Госпожа единственная в сиреневом платье, не перепутаете, — подсказал слуга, и я горячо его поблагодарила.

Дверь открылась. Сиреневое платье, кудряшки, серые глаза. Мой взгляд встретился со взглядом хозяйки дома. Голова закружилась, ноги ослабли, сердце провалилось вниз, а сумочка с картами и камушками выскользнула из рук, с глухим стуком упав на светлый ковёр. Я узнала Сандру Панс.

— Госпожа Амелия Ковальд, гадалка и предсказательница, — раздался над ухом голос дворецкого.

Я вздрогнула, приходя в себя и отрывая взгляд от копны тёмно-русых кудряшек хозяйки дома, неловко присела в реверансе и ещё более неловко подняла упавшую сумочку.

— Жак, зачем же так громко? Ты напугал нашу гостью.

Дворецкий представил меня вовсе не громко, но Сандра своими словами сгладила неловкий момент — все в помещении тут же радушно заулыбались, а сама госпожа Панс подошла ко мне и взяла под руку.