Книга Загадочная хозяйка Ноттингема, страница 79 – Инна Дворцова

— Я победила, Джонни, — захлопала я в ладоши, а за мной все остальные. — Мне нравится, что для тебя искусство готовить, стоит выше, чем собственный гонор.

Пончик покраснел. То ли от удовольствия, то ли от стыда.

— Многих блюд я даже не знаю,— признался он.

— Я возьму тебя на службу, — сказала я. — Но будет ряд условий.

— Какие угодно условия, если научите меня так готовить, — Джонни от избытка чувств вскочил с места.

Может, его бабка согрешила с итальянцем, уж больно темпераментным он был.

— Первое условие – во всех вопросах приготовления пищи и организации кухни, кладовых и других помещений всегда и во всём слушать только меня. Возражения по делу принимаются.

Пончик кивнул.

— Второе, всё-таки не забывать, что я твоя хозяйка. Третье и самое главное условие – я научу тебя готовить, но ты должен поклясться своей жизнью, Христом Богом и Богородицей, что никогда не выдашь секреты приготовления блюд, которым я тебя научу.

— Клянусь, — торжественно произнёс Джонни и, вытащив из-за ворота рубашки нательный крестик, поцеловал его.

— Тогда на тебе, Джонни, набрать себе на кухню помощников, — заявила я. А Молли, не выдержав, поцеловала Пончика.

В зале воцарилась тишина. Я посмотрела на Адама. Он был абсолютно спокоен и переглядывался с Лиззи. Обалдеть! Я проглядела, ради кого он затеял всё это переселение народов.

С другой стороны, когда на тебя работают семьёй больше времени, остаётся на работу. Я опять порадовалась, что вселенная ко мне так благосклонна.

— А этот чудесный напиток ещё остался? — не заметив смущённого молчания взрослых, спросил Джимми.

Ник молча плеснул ему из кувшина компот. Мальчишки были заняты едой, от которой получали удовольствие.

— Всё-таки Господь Бог меня любит, — среди молчания рассудительно изрёк Джимми. — Подумайте сами, я остался сиротой, и вместо приюта меня забрала тётка. А теперь, я живу, как король. А ем так, как и король, никогда не ел.

— Ты бы поменьше болтал, — остановил его Ник, — а то заберут от нас хозяйку к королю. Чтобы она самому Ричарду Львиное Сердце готовила. А нам это надо?

Все дружно согласились, что не надо. В обсуждениях, шутках и подколках на тему готовки королю и женился бы он на мне или нет, прошёл остаток вечера.

Сью с Молли собрали посуду и понесли её мыть. Я попросила Джонни и Адама натаскать им воды и помочь согреть.

А сама направилась к братишке и его жене.

— Спасибо, всё очень вкусно, — высокомерно произнесла Сесиль.

— Вы, знаете, Сесиль, иногда лучше промолчать, чем говорить, — не выдержалая.

— Эмма! — одёрнул меня Джон.

— Что Эмма? Я не позволю вести себя по-хамски в моём доме. Если твоя жена не желает меня уважать, то я никого здесь не задерживаю. Шервудский лес большой, пускай пойдёт, выроет себе нору на зиму.

Я разошлась не на шутку. Будет мне ещё всякая средневековая мажорка хамить.

Сесиль вскочила и побежала наверх. Джон за ней не пошёл.

— Эмма, ну зачем ты так зло?

— Ты слышал, как высокомерно она со мной разговаривала? — уже завелась я.

— Слышал, она так со всеми разговаривает, — устало отвечает он.

— Что уже успела попить кровушки жёнушка?

— Не то чтобы попить кровушки, но тут такая ситуация, — замялся Джон, пряча от меня взгляд.

Очень интересно, что же за ситуация такая, что Джону неловко.

— Да, говори уже, — подбодрила я его, — чего мнёшься, как девка на выданье. Мне аж любопытно стало, отчего ты такой нерешительный.