Книга Перья столь порочные, страница 138 – Лив Зандер

Жестокую. Проклятую. Больную.

Но любовь.

Бёдра Малира дёрнулись, и всё его тело застыло, пока дёргающийся член был глубоко во мне, давая лишь долю секунды на предчувствие, прежде чем его ладонь с громким шлепком обрушилась на мой клитор.

— Я должен бы выпороть тебя за то, что заставляешь меня желать тебя так сильно. За то, что лишаешь меня сна. За то, что заставляешь мой член дергаться, чрезмерно желая кончить, как гребаного неопытного юнца. — Шлеп. Ещё один удар по моей пизде, пока его пальцы сжимали моё горло. — Извинись.

Я втянула рваный глоток воздуха, выдавливая слова сквозь пережатую трахею.

— Я… п-прости.

Большой палец надавил на угол челюсти, поворачивая моё лицо, заставляя увидеть, как под его кожей извиваются тени. Его язык лизнул уголок моего рта, скользнул по нижней губе, а затем раздвинул мои губы для жадного поцелуя.

— Этого недостаточно, — прорычал он. — Пока нет.

Рука с горла скользнула за шею быстрее, чем я успела понять, и вдавила моё лицо обратно в мех. Вес навалился между болезненных лопаток, сталкиваясь с холодом теней, что обвивали меня, и холод разлился по всему телу.

Член Малира врезался в меня с яростью, безжалостно долбя так, что каждый толчок протаскивал щёку по меху, пока он стонал и рычал. Его другая рука впилась в моё бедро, словно тиски, удерживая меня на месте против бешеной силы его тела.

— Жёстко. Драть тебя, душить, кусать, заставлять кровь течь, причинять боль. Я не могу иначе, голубка, это то, что мне нравится, — прорычал Малир у меня за спиной, пока ледяные щупальца теней сползали от моих рук вниз вдоль рёбер. — Ты не представляешь, сколько женщин было подо мной, как я превращал их крики в жалкие стоны. Лорн была исключением, хоть и по неправильным причинам. Но ты…? — Его бёдра замерли. Рука вцепилась в мои волосы, рывком поднимая вверх. — Как может дочь того, кто сделал меня таким, принимать меня так идеально, а? Ты чуть не заставила меня снова кончить. — Шлепок по моему клиторy. И боги, жар рванул в живот, заставляя киску дёрнуться от жажды. — Извинись.

Я качнула бёдрами, ненавидя, что он не двигается.

— Прости.

— Не прощу, — прошептал он у моих губ, осыпая их мягкими поцелуями. — Видишь ли, голубка, единственный способ хоть как-то примирить в себе то, как сильно я хочу тебя, жажду, как тянет меня к тебе, куда сильнее, чем к любой женщине прежде… и к Брисден, к тому же… — его ногти впились в шрамы на моей груди, натягивая стянутую кожу до боли, — это причинять тебе ещё по чуть-чуть больше боли.

Лицо упало в подушки как раз вовремя, чтобы я смогла стонать от наслаждения в их волокна, прогибаясь в спине. Я жаждала боли и страданий, жаждала того чувства любви, которое они приносили ещё сильнее!

Малир жестко вбивался в меня, раскручивая бёдра при каждом толчке. Тени скользили по моему животу и между ног, проникая в складки, ударяя по клиторy, играя с анусом, доводя меня к сверкающей вершине блаженства.

— Смотри на меня, — сказал он, двигая бёдрами сзади, и крепко сжал моё горло, заставляя поднять взгляд к его бездонным чёрным глазам и теням, что мерцали за ним, вокруг него, словно клубы дыма поднимались из вен под кожей. — Глаза на меня, Галантия. Даже не смей отводить эти ореховые глаза, пока я заставляю тебя кончать на мой член, пока мои тени пожирают твою пизду.