Книга Удар кошачьей лапой, страница 41 – Сьюзан Спэнн

В противоположность этому пучок был намаслен и уложен волосок к волоску.

Воин повернулся на звук приближающихся шагов отца Матео и его телохранителя. Хиро не узнал лицо гостя, но мон^[26] с пятилепестковым колокольчиком на его кимоно указывал на клан Акэти.

Самурай поклонился, когда они подошли к нему. На выбритой макушке успела пробиться щетина.

— Вы иностранный священник? – спросил он. – Матто-сан, верно?

— Я отец Матео, – поправил его иезуит, возвращая поклон, – а это мой переводчик, Мацуи Хиро. Что вам угодно?

— Я Акэти Хидэтаро. Хидэёси был моим братом.

Отец Матео ждал продолжения, но гость больше ничего не сказал.

В воздухе повисло молчание, и пауза стала неловкой.

— Пригласите его внутрь, – посоветовал Хиро по-португальски. – Самураи не разговаривают на улице, как торговцы.

— Пожалуйста, заходите, – сказал иезуит. – Можем мы предложить вам чай?

Улыбка облегчения осветила лицо Хидэтаро.

— Да, благодарю.

Ана мыла пол, когда трое мужчин вошли в дом. Увидев посетителя, она вскочила и без единого слова поспешила скрыться на кухне.

Отец Матео проводил гостя к очагу Хиро последовал за ними, отмечая, как Хидэтаро с усилием поднимает правую ногу, чтобы ступня не волочилась по татами. Тем не менее его правый носок издавал шуршащий звук, скользя по полу.

Мужчины едва уселись вокруг очага, как Ана вернулась с чаем и тарелкой сладких рисовых шариков. Она поставила угощение и вернулась на кухню, задержавшись лишь для того, чтобы подхватить любопытного котенка, высунувшего нос из комнаты Хиро.

Хидэтаро огляделся, потягивая чай.

— Выглядит почти как японский дом. – Он посмотрел на Хиро: – Иностранцы могут жить по нашим правилам?

— Отец Матео может, – подтвердил телохранитель. – Он даже немного говорит по-японски.

Хидэтаро понял намек.

— Вы пьете чай? – спросил он священника. – А как насчет японской еды? Ваш желудок справляется с ней?

Иезуит улыбнулся.

— Да, на самом деле мне очень нравится японская кухня.

Он не первый раз слышал подобный вопрос или видел удивленную реакцию на свой ответ.

— Правда? – изумился Хидэтаро. – Честно говоря, я раньше не встречал иностранцев.

— В Киото нас всего несколько, – сообщил отец Матео, – хотя мои начальники надеются вскоре построить постоянный храм.

Хиро отметил слово «храм» вместо «собор» – явно сознательный выбор со стороны отца Матео, хотя синоби не учил его этому. Впрочем, Хиро с каждым разом все больше одобрял предусмотрительность своего подопечного. В Киото были сотни храмов многих божеств, и еще одно святилище не вызвало бы ни путаницы, ни беспокойства.

— Хорошая идея, – вежливо сказал Хидэтаро. – У каждого бога должен быть храм.

Они продолжили потягивать чай. Хидэтаро попробовал рисовый шарик и издал удивленный возглас:

— Какие вкусные!

Комплимент казался искренним, но комментарий звучал вымученно. Хиро подозревал, что гостю не терпелось объяснить цель своего визита, однако обычай не позволял ему говорить прямо, пока хозяин не подтолкнет к этому.

Синоби многозначительно поднял брови, глядя на отца Матео.

— Мои соболезнования в связи со смертью вашего брата, – спохватился тот. – Могу ли я что-нибудь сделать для вас в столь трудное время?

Телохранитель с одобрением отметил, что его подопечный не спросил, зачем Хидэтаро пришел и как узнал об их участии в убийстве. Иезуит все-таки постепенно учился тонкостям ведения беседы.