Книга Удар кошачьей лапой, страница 36 – Сьюзан Спэнн

Он сунул ноги в носках в пару сандалий, стоявших у двери, и зашагал в сторону конюшни.

Проходя мимо Хиро, Нобухидэ намеренно задел его плечом. В любой другой день подобное оскорбление потребовало бы ответа, но телохранитель решил проигнорировать грубость. Если Нобухидэ хочет драки, он получит свое сполна через два дня. а до тех пор синоби решил сосредоточиться на поисках убийцы.

Еще три пары обуви стояли у двери, их носки были аккуратно направлены от дома. Самые маленькие сандалии подошли бы ребенку едва ли школьного возраста. Пара гэта рядом с ними была покрыта засохшей грязью. Сандалии ближе всего к двери, сплетенные из соломы, почти разваливались от старости. Значит, в доме остаются по крайней мере трое.

Ёсико поклонилась.

— Прошу прощения за брата. Он раздавлен смертью отца.

— А вы нет? – спросил Хиро.

— Конечно, но грубость пятнает память покойного больше, чем слезы.

Отец Матео представился:

— Я отец Матео Авила де Сантуш, а это Мацуи Хиро, мой переводчик. Мы пытаемся найти человека, ответственного за смерть вашего отца.

На лице Ёсико мелькнул намек на улыбку, но быстро исчез.

— Нобухидэ упоминал вас. Пожалуйста, входите.

Мужчины сняли обувь и поднялись в дом. Ёсико провела их через прихожую в большую центральную комнату Квадратное помещение с высоким потолком и татами на полу напоминало гостиную в доме отца Матео, за исключением того, что здесь оэ было размером в тринадцать татами. Аромат кедра, исходивший от столбов и балок, приглушался запахом древесного дыма. В нише-токонома в южной стене, напротив входа, красовался пейзажный свиток в черно-серых тонах. Раздвижные двери отделяли комнату от пяти смежных помещений. Все они, кроме одной, были закрыты, но дверь рядом с токонома была отодвинута, и за ней просматривалась другая, меньшая общая комната.

Ёсико подошла к месту хозяина у южного конца очага. Опустившись на колени, она жестом пригласила гостей присоединиться к ней.

Хиро и отец Матео устроились справа от нее, спиной к восточной стене.

— При данных обстоятельствах, – начала Ёсико, – надеюсь, вы простите меня за отказ от формальностей. – Она подождала, пока они кивнут в знак согласия, прежде чем продолжить: – Вы упомянули предостережение, однако Нобухидэ утверждает, что убийца под стражей. Пожалуйста, объясните.

К удивлению Хиро, в ожидании ответа она посмотрела прямо на отца Матео.

Редко кто из самураев относился к священнику с таким уважением, хотя у иезуита был самурай-переводчик.

— Мы не верим, что Саюри… гэйко… –Отец Матео замолчал, словно не зная, что сказать.

Телохранитель не разделял обеспокоенности своего подопечного деликатностью, особенно в беседе с женщиной, которая выглядит и ведет себя по-мужски.

— Девушка может быть невиновна, – вмешался он, – или, по крайней мере, не вся вина лежит на ней. Прошлой ночью чайный дом «Сакура» посетил мужчина, утверждавший, что он прибыл из Нагои. – Он сделал паузу, чтобы посмотреть, уловила ли Ёсико намек и поняла ли угрозу.

Ее брови сдвинулись.

— У даймё Оды нет причин убивать моего отца.

— Мы думаем, что он, возможно, планирует атаку на сёгунат, – пояснил отец Матео.

Лицо Ёсико застыло.

Хиро тоже сидел совершенно неподвижно: боялся, что не сможет шевельнуться или даже моргнуть, не выдав своего недовольства священником.