Книга Межгорье, страница 113 – Юлия Устинова

— Девки мои у тебя работали! — рявкает незнакомец. — Дашку кто из вас насиловал? Сынок твой? Или оба?!

Я начинаю врубаться в суть происходящего. Отец Даши и Татьяны решил свести с нами счеты. И даже причина у него имеется. Уважительная. Как он думает.

— Это неправда! Никто тут ее не насиловал! — отрезаю я.

— А она другое говорит!

— Не слушай его. Дашка сама кого хочешь изнасилует, — раздраженно бормочет Клим. — Не верь ему.

Я и не собирался.

Думая, чем бы отвлечь его и увести подальше от собак, прикусываю нижнюю губу.

— Ты Татьяну когда в последний раз видел?! — снова кричу в темноту.

— А тебе что за дело?! — огрызается охотник.

— Я с ней сегодня разговаривал! Она мне фотку внука твоего прислала, — вру я. — Хороший пацан! На деда похож!

— Где они?! Ты знаешь?! — его голос меняется, приобретая неуверенную интонацию.

— А ты не знаешь?! А говоришь — отец!

— Димка где?! — кричит охотник.

— Положи ружье… Поговорим!

— Хрен тебе! — рявкнув, он направляет ствол между прутьями двери в загон с Тарой и щенками.

Луч фонаря мечется по вольеру. Охотник явно выбирает себе мишень.

Я судорожно думаю, что предпринять, и машинально хватаю Клима за плечо, чтобы тот не подставил себя. Хотя сам еле сдерживаюсь. Невозможно стоять на месте с осознанием того, что нашу собаку вот-вот пристрелят прямо у нас на глазах.

Но затем происходит что-то странное. Движения охотника становятся резкими, потом он и вовсе бросает ружье, а сам оседает и заваливается на бок.

Присев, я обхожу бытовку и проскальзываю на площадку. Непонятно, что его остановило, но ждать, пока он снова начнет выбирать мишень, я не собираюсь.

Когда я добираюсь до него, он уже царапает на себе разгрузочный жилет.

— Тут… В… кармане, — измученно выдавливает.

Передав сыну ружье, я распахиваю жилет и шарю по внутренним карманам. Нащупав пузырек, сдергиваю с головы охотника фонарь, подсвечиваю себе и вытряхиваю на ладонь две таблетки нитроглицерина.

Пока запихиваю ему в рот таблетки, Клим стаскивает с его плеча второе ружье.

Отец Татьяны больше не вызывает у меня опасений. И видно, что он не прикидывается. У него предынфарктное.

Остается только ждать.

Если приступ не купируется в ближайшее время — хана мужику.

Так проходит около пятнадцати минут. Самочувствие охотника потихоньку восстанавливается, и мы с Климом затаскиваем его в бытовку.

Я включаю свет и осматриваю мужчину.

— Вот… Пей, — протягиваю ему початую бутылку с водой, — Рэмбо, блядь. Не можешь — не берись, — рычу на него.

— Подыхаю… — стонет мужчина, хватаясь за грудину.

— В скорой подыхать будешь, понял?!

— Иди, проверь, что там второй. Вику успокой, — оглядываюсь на сына. — И надо Весту найти… Может, ее только ранили.

— Нет… Какой там, — встревает охотник. — Наповал. Даже… пикнуть… не успела, — отрывисто говорит он.

Я сцепляю зубы — нет больше Весты.

Сверкнув глазами, Клим недоверчиво смотрит на охотника, после чего разворачивается и уходит.

— Как зовут? — я разглядываю красное лицо незнакомца.

На вид ему около шестидесяти. Рослый такой, упитанный.

— Виктор.

— А второй кто?

— Зятек мой, — хмыкает он. — Танькин муж. Объелся груш… Толку от него. Нам ехать — а тот лыка не вяжет, — сокрушается Виктор.

— Это он в лесу орал? — вспоминаю, как услышал вечером странный звук — то ли зверя крик, то ли человека.