Книга Межгорье, страница 111 – Юлия Устинова

— Куда?! — хватаю его за шиворот уже у самых дверей.

— Выпусти! Выпусти меня! — вырывается Клим.

— Ты проснулся?! — оживляется тот, кто стоит за дверью. — Давай, открывай. Или я замок вынесу нахер!

Мне требуется приложить все свои силы, чтобы втащить сына обратно.

Прижав спиной к стене, встряхиваю его, ору, матерю, прошу остыть и не лезть на рожон.

Клим яростно дышит, отталкивая меня. И я понимаю, что не смогу его так долго удерживать.

— Что… происходит? — раздается позади испуганный голос Вики.

Как по команде, мы резко поворачиваем головы. Стройная фигурка застыла на середине лестнице.

— Иди наверх! — рычим на нее в один голос.

— Закрой дверь и сядь на пол. И к окнам не суйся! — добавляю я.

И в эту самую минуту начинаю жалеть, что не обзавелся охотничьим ружьем. Но я же ветеринар, типа, клятву Айболита давал. Да и не нравится мне охота.

Появление Вики немного приводит Клима в чувство, его тело обмякает под моими руками.

— Вот так… — я тоже задыхаюсь, хлопая его по груди. — Стой… тут. Не облегчай им работу. Если нас положат, кто защитит Вику? — Скинув с себя мои руки, Клим все еще тяжело дышит, однако больше не рвется навстречу опасности. — Я за телефоном.

Пригнувшись, пересекаю кухню, захожу к себе и хватаю спутниковый телефон. Пока звоню в единую службу спасения, параллельно слышу, как с улицы снова что-то кричат, а затем раздается второй выстрел.

Проверив заднюю дверь, я возвращаюсь к сыну и ору в трубку, чтобы прислали к нам хоть кого-нибудь и поторопились, иначе спасать будет некого, потом объясняю наше местоположение и ориентиры, с помощью которых можно до нас добраться.

Меня душит бессильная ярость.

— Куда стреляли? — шепчу, отнимая телефон от уха.

— В дверь. Замок хотел вынести.

Девушка-оператор просит оставаться на связи и сообщать о происходящем, но я не собираюсь тратить время даром. Как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

— Пока наряд приедет, нас тут перестреляют всех. Что он хотел? — взволнованно шепчу я.

— Дверь, говорил, откройте. Потом пальнул, и другой заорал, — говорит Клим.

Я смотрю в окно, теперь двор освещен достаточно, и прислушиваюсь. В питомнике лаем заливаются собаки, но поблизости пока тихо. Тени растягиваются на земле, суетятся, мечутся и наконец сливаются воедино. Кто-то громко стонет.

Да что у них там происходит?

— Срикошетило, походу, — предполагаю причину возникшей заминки.

Но едва мы с Климом успеваем перевести дух, как по ступеням веранды бухают тяжелые шаги.

— Ну что, не хочешь по-хорошему?! — явно нервничая, кричит человек за дверью. — Тогда я всех твоих собак перестреляю. Не жалко, собачек-то?!

Закусив губу, я сжимаю кулаки, пытаясь подавить подступающую тошноту. Еще немного и Климу придется оттаскивать меня от дверей. Я снова матерюсь, сбрасывая напряжение. Нельзя поддаваться панике. Иначе нам всем тут конец.

Мужик за дверью недолго топчется и говорит:

— Ну как хочешь!

Шаги удаляются.

— Вон он! — присев возле подоконника, Клим выглядывает в окно.

Я становлюсь рядом. Быстрой походкой по двору идет высокий грузный мужик в охотничьей экипировке. В руках ружье. Второе — на плече висит. Судя по направлению, он движется в сторону питомника.

— Ну? — злится Клим. — Так и будем тупить? Чего ждать?!