Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 95 – Уильям Уилки Коллинз

— Перед отъездом во Фризингхолл, – перебил его сержант, – я велел вам не спускать глаз с Розанны Спирмен, да так, чтобы она не заметила, что за ней следят. Вы что же, хотите сказать, что она от вас ускользнула?

— Боюсь, сэр, – пролепетал Джойс, дрожа всем телом, – что я, видать, чуток перестарался, когда за ней присматривал. На первом этаже столько ведь всяких коридоров да закоулков…

— И как давно вы упустили ее из виду?

— Да уж, почитай, час назад, не меньше.

— Можете возвращаться во Фризингхолл к своим постоянным обязанностям, – сказал сержант, как всегда, ровным, невыразительным, каким-то гнетущим голосом. – Ваши способности, как видно, лежат не в области сыска, мистер Джойс. Вы не вполне соответствуете занимаемой должности.

Полицейский исчез. Не берусь описать, как на меня подействовало известие об исчезновении Розанны Спирмен. Мои чувства сменялись с лихорадочной быстротой. Я стоял, уставившись на сержанта Каффа, и не мог вымолвить ни слова.

— Нет, мистер Беттередж, – сказал сержант, словно угадав, какая мысль меня преследует, – уж от меня-то вашей юной подруге Розанне так легко не уйти. Пока я знаю, где находится мисс Вериндер, ее сообщница тоже у меня в руках. Этой ночью я помешал им встретиться. Прекрасно. Они не встретились здесь, но во Фризингхолле встретятся обязательно. Все очень просто: расследование следует перенести – правда, быстрее, чем я ожидал, – из этого дома в дом тетушки мисс Вериндер. А пока, боюсь, мне вновь придется просить вас вызвать прислугу.

Мы вместе направились к людской. Должен, к своему стыду, признаться, что в эти минуты у меня вновь начался приступ сыскной лихорадки. Совсем позабыв, что я ненавижу сержанта Каффа, я доверчиво сжал его руку и сказал:

— Бога ради, скажите же нам, что вы собираетесь делать со слугами на сей раз?

Великий Кафф замер на месте и с каким-то меланхолическим восторгом обратился к пустому пространству со следующими словами.

— Если бы этот человек, – сказал сержант (вероятно, подразумевая меня), – ко всему прочему знал толк в розах, он был бы самым безупречным существом во всей Вселенной! – После столь чистосердечного проявления чувств он вздохнул и взял меня под руку. – Вот, стало быть, как обстоит дело, – продолжал он, вновь заговорив о похищении брильянта. – Розанна сделала одно из двух. Она либо отправилась прямо во Фризингхолл, чтобы оказаться в городе до меня, либо сначала пошла на Зыбучие пески к своему тайнику. Перво-наперво следует узнать, кто из служанок, прежде чем она вышла из дома, видел ее последней.

После опроса слуг выяснилось, что последней Розанну видела посудомойка Нэнси.

Нэнси видела, как Розанна вышла из дома с письмом в руках и остановила продавца из мясной лавки, который только что доставил мясо к черному ходу. Нэнси слышала, как Розанна попросила продавца, когда тот вернется во Фризингхолл, отправить это письмо. Продавец посмотрел на адрес и сказал, что незачем опускать письмо, адресованное в Коббс-Хоул, в городской почтовый ящик, тем более в субботу, ведь тогда письмо придет по адресу только в понедельник утром. Розанна ответила, что не будет большой беды, если письмо не придет в Коббс-Хоул до понедельника. Главное, чтобы он исполнил ее просьбу. Продавец пообещал, что письмо отправит, и уехал, а Нэнси вызвали на кухню. С этой минуты Розанны Спирмен больше никто не видел.