Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 54 – Уильям Уилки Коллинз

— Я вас не вызывала! – вне себя вскричала она. – Мне вы не нужны! Пропал мой брильянт, и найти его вам не под силу! И никому не под силу!

И с этими словами она вошла в спальню и захлопнула за собой дверь. Пенелопа – она стояла перед самой дверью – слышала, как мисс Рейчел, едва оставшись одна, разрыдалась.

То она в ярости, то в слезах! Как это следует понимать?

— Мисс Рейчел очень расстроена пропажей своего брильянта – вот как это следует понимать, – сказал я инспектору. Я заботился о чести семьи и, огорчившись, что моя юная госпожа забылась и повела себя недостойно, да еще с полицейским, рассыпался в извинениях. Вместе с тем объяснить поведение мисс Рейчел, резкость, которую она себе позволила, я не мог точно так же, как и все остальные. Из сказанного ею в дверях спальни вывод напрашивался только один: мисс Рейчел оскорблена до глубины души тем, что мы обратились в полицию, именно это она, скорее всего, и высказала на террасе мистеру Франклину (как человеку, настоявшему на вызове полиции), чем и вызвала его крайнее изумление. Непонятно, однако, почему, лишившись брильянта, она противилась приезду полицейских, ведь их прямой обязанностью был поиск пропавшей драгоценности. И откуда, черт возьми, было ей знать, что Лунный камень никогда найден не будет?!

В создавшейся ситуации не оставалось ни малейшей надежды получить ответ на все эти вопросы. Мистер Франклин, по всей вероятности, счел для себя делом чести не посвящать слугу – даже такого старого и опытного, как я, – в то, что сказала ему на террасе мисс Рейчел. Мистера Годфри, джентльмена и родственника, должно быть, посвятили в подробности этой беседы, однако и он счел своим долгом о ней не распространяться. Миледи, которая также, несомненно, была в курсе дела и которая, в отличие от остальных членов семьи, имела доступ к мисс Рейчел, не скрывала, что не смогла ничего от нее добиться. «Ты сведешь меня с ума своими разговорами о брильянте!» Других слов миледи, при всем своем влиянии на дочь, от нее за весь день не услышала ни разу.

Таким образом, и душевное состояние мисс Рейчел, и местонахождение Лунного камня оставались для нас неразрешимой загадкой. В отношении дочери миледи была бессильна помочь нам; что же касается Лунного камня, то мистер Сигрейв не продвинулся в его поисках ни на шаг и, как вы в самом скором времени убедитесь, зашел в тупик.

Обшарив будуар сверху донизу и ничего не обнаружив, наш видавший виды сыщик обратился ко мне с вопросом, знала ли прислуга, куда мисс Рейчел спрятала на ночь брильянт.

— Мне-то было известно, куда его спрятали, – сказал я. – И лакею Сэмюэлю тоже; когда мать с дочерью обсуждали, куда положить на ночь драгоценный камень, лакей находился в холле и всё слышал. Знала о местоположении камня и моя дочь, о чем она вам уже рассказывала. Она или Сэмюэль могли сообщить об этом другим слугам, те, впрочем, и сами наверняка слышали, о чем говорили господа: дверь из холла на черную лестницу, весьма вероятно, оставалась открытой. Где находился прошлой ночью брильянт, могли, в сущности, знать все домочадцы.

Мой ответ инспектора не устраивал: круг подозреваемых был слишком широк, и он попытался его сузить и поэтому попросил меня охарактеризовать всех наших слуг, каждого в отдельности.