Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 53 – Уильям Уилки Коллинз

Своевременная реплика, которую я себе позволил, несколько примирила Пенелопу с Правосудием. Допрос шел вполне гладко – и ровным счетом ничего не дал. Моя дочь видела, как мисс Рейчел перед сном положила брильянт в ящик своего индийского шкафчика. В восемь утра она принесла мисс Рейчел чашку чая, обнаружила, что ящик выдвинут и пуст, и подняла тревогу. Больше Пенелопе сказать было нечего.

После этого мистер Сигрейв высказал пожелание поговорить с самой мисс Рейчел. Пенелопа передала его просьбу через дверь. «Мне нечего сказать полицейскому, – отозвалась, и тоже через дверь, мисс Рейчел. – Не хочу никого видеть». Такой ответ, судя по всему, удивил и оскорбил нашего видавшего виды сыщика. Я сказал ему, что моей юной госпоже нездоровится, и попросил немного подождать и поговорить с ней позже. Затем мы опять спустились на первый этаж и в холле встретили мистера Годфри и мистера Франклина.

Поскольку оба джентльмена ночевали в доме, инспектор полюбопытствовал, не могли бы они пролить свет на это дело. Но ни тому ни другому сказать было нечего. Слышали ли они ночью какой-то подозрительный шум? Нет, ничего, кроме шума дождя, не слыхали. «А вы что, тоже ничего не слышали? – спросил он меня. – Вы ведь, кажется, долго не могли заснуть». – «Нет, ни звука!» Когда инспектор оставил наконец в покое мистера Франклина, который, как и раньше, не верил в успех дела, тот мне прошептал: «Толку от этого типа никакого. Инспектор Сигрейв – осел». – «Он знаток своего дела, сразу видно, – прошептал, также ответив на все вопросы инспектора, мистер Годфри. – Беттередж, я ему всецело доверяю!» Сказал же задолго до меня кто-то из древних: «Сколько голов, столько умов».

Потом господин инспектор, в сопровождении меня и моей дочери, вновь отправился в будуар удостовериться, не передвигалась ли ночью мебель, – предыдущее посещение будуара ничего, как видно, не дало.

Мы еще передвигали взад-вперед стулья и столы, как вдруг дверь в спальню распахнулась и к нам совершенно неожиданно вышла мисс Рейчел. Мы не могли скрыть своего изумления, ведь все это время она не желала никого видеть. Мисс Рейчел взяла со стула свою соломенную шляпу и обратилась к Пенелопе со следующим вопросом:

— Мистер Франклин Блейк посылал вас ко мне сегодня утром?

— Да, мисс.

— Он хотел со мной поговорить, не так ли?

— Да, мисс.

— Где он?

Снизу доносились голоса, я выглянул в окно: джентльмены прохаживались по террасе.

— Мистер Франклин на террасе, мисс, – опередив дочь, ответил я.

Не сказав более ни слова, не обращая никакого внимания на инспектора, который попытался было с ней заговорить, мисс Рейчел, бледная как смерть, погруженная в себя, вышла из комнаты и спустилась на террасу к своим кузенам.

В нарушение приличий я не удержался и выглянул в окно посмотреть, как произойдет встреча мисс Рейчел с джентльменами. Она подошла к мистеру Франклину, не обратив никакого внимания на мистера Годфри, и тот при ее появлении отошел в сторону, оставив их вдвоем. С мистером Франклином она, по-видимому, говорила на повышенных тонах. Говорила недолго, и, судя по выражению его лица, ее слова очень его удивили. Тем временем на террасе появилась миледи. Мисс Рейчел ее увидела, сказала еще что-то мистеру Франклину и совершенно внезапно, прежде чем мать к ней подошла, вернулась обратно в дом. Миледи обратилась к мистеру Франклину – удивленный вид был у обоих. Присоединился к ним и мистер Годфри. Мистер Франклин вместе со своими собеседниками прошелся по террасе, сообщив им, по всей вероятности, что произошло, ибо и миледи, и мистер Годфри, сделав несколько шагов, замерли на месте, будто узнали нечто совершенно неожиданное. В следующее мгновение дверь в гостиную распахнулась и мисс Рейчел со сверкающими от гнева глазами и пылающими щеками быстрым шагом прошла к себе в спальню. Инспектор предпринял еще одну попытку ее допросить.