Книга Первый ящик снизу, страница 106 – Паоло Дельмастро

Мы с Манкузо переглянулись — все было понятно без слов. Я изо всех сил старался не рассмеяться.

— Вот гад! — проворчал комиссар, покачав головой.

Но в его глазах, спрятанных под нахмуренными бровями, играли отблески улыбки.

31 июля. Суббота

Теперь, когда игра завершилась — победой на двадцать восьмом ходу, — я внезапно ощутил себя в пузыре, изолировавшем меня от остального мира. Вокруг черные силуэты деревьев, густой влажный воздух и немая тьма. Тишину нарушает лишь стрекот сверчка, который вторит ритму моего сердца и глухой пульсирующей боли в голове. Глаза жжет усталость, но сон не может одержать верх — он не в силах заглушить чувства и замедлить калейдоскоп образов, рождающихся в моем беспокойном мозгу.

Я смотрю на своего мальчика. Я вижу Джорджио, обдумывающего новую шахматную комбинацию. Его сосредоточенный взгляд скользит по доске — от одного края к другому, словно сканер высокоточного компьютера. Вдруг картинка меняется: мой новорожденный сын сладко спит в детской кроватке… еще мгновение — и он уже гоняет в футбол с друзьями. Джорджио ныряет со скалы в море и, вынырнув, радостно смеется. А теперь он жует картошку фри из «Макдоналдса» и хитро улыбается, потому что знает, что я терпеть не могу фастфуд.

Но все исчезает в один миг. Я вижу себя неподвижно сидящего за рулем машины на проселочной дороге у лесной опушки. Одинокий, потерянный человек — без цели, к которой надо стремиться, без дома, куда можно вернуться, где его кто-то ждет и где он мог бы чувствовать себя в безопасности. Я смотрю на себя со стороны, будто покинул собственное тело и парю в воздухе. Я чувствую, что тот человек, на которого направлен мой взгляд, смертельно устал и утратил смысл существования.

Последняя ночь, проведенная в машине, — это подведение итогов. Это решающий момент, когда справедливость почти восторжествовала, и в моем списке остался последний виновный. Тот, для кого смертный приговор — незаслуженный дар. Потому что когда ты осознаешь, что потерпел крах, не справился, тогда конец всему — это не самое плохое, что может с тобой случиться. Куда страшнее — продолжать жить, неся на себе груз того, что ты сделал или не сделал, а может, не смог вовремя понять из-за собственной лени, некомпетентности, рассеянности или слабости. Или потому, что некоторые вещи просто случаются, и мы никогда не поймем причины.

Мой демон успокоился и больше не терзает меня. Его жажда крови была моей жизненной силой. В ней я черпал энергию, чтобы подниматься каждое утро с постели и в конце концов победить в этой игре. Но и эта сила иссякла, уступив место бескрайней печали, одиночеству и пустоте. Мое единственное утешение — надежда, что я наконец-то воссоединюсь с Анной, чтобы вместе попытаться искупить нашу вину, будь то в этом мире или в другом. Взамен мы предложим свои деяния или свою кровь, уповая на то, что рано или поздно нам удастся — если Бог все-таки существует — убедить его даровать нам успокоение.

31 июля. Суббота

Мне никогда еще не приходилось гулять по улицам Милана на рассвете. И если бы я не был так измотан событиями прошедшей ночи, это было бы даже приятно. Свежий, бодрящий воздух, мягкий свет, приглушенные звуки и сонное спокойствие владельцев собак, выведших своих питомцев на их первую за день прогулку. Наступила суббота, и еще несколько часов город будет пребывать в полудреме, чтобы потом окончательно проснуться и ожить, впрочем, без той нервной суетливости, которая охватывает его жителей в будни.