Книга Развод. Больше никто мы, страница 39 – Юля Шеффер

Сотни сообщений. Все, как и я, на панике.

Проверяю расписание, все, что нужно сделать, кроме того, что впечатлить владельца, и тут машина резко дергается, и меня бросает вперед. Я ударяюсь плечом о переднее сиденье, телефон соскальзывает с колен.

Ремень безопасности врезается в грудь, передавливает талию, и пока я осознаю, что произошло, в голове проносится паническая мысль:

Нет. Только не авария!

— Твою ж мать! — смачно выругивается водитель, вцепляясь в руль.

Сразу выходит из машины, и начинает так же эмоционально рулиться с виновником аварии.

Я, мысленно сокрушаясь «классно начинается день», открываю карту, смотрю, где мы, чтобы понять, сколько еще ехать, и не дойду ли я отсюда пешком. Нет, не дойду…

Смотрю в окно на то, что случилось. Сзади сбоку стоит черный внедорожник, массивный, агрессивный, премиальный.

И мужчина рядом.

Высокий, статный, в темном пиджаке, небрежно расстегнутом, с уверенной ленцой в позе и выражении лица.

Говорит негромко, поэтому его я не слышу, но слышу водителя, который настаивает:

— Страховую вызываем для протокола. Мне перед компанией отчитываться. Ты посмотри, что с машиной!

Меня бросает в жар — что?! Страховую?!

В ужасе выскакиваю из машины.

— Если вы будете ждать страховую, тогда я выйду здесь, — сообщаю ему, не глядя на этого «чайника» на джипе.

Понапокупают больших машин вместе с правами, а ездить не умеют.

Таксист сразу нервничает:

— А поездка как?! Я же вас досюда довез!

— Спишите оплату досюда или за всю поездку — мне все равно, — отмахиваюсь от такой мелочи. — Ждать тут с вами я не могу. У меня скоро важная встреча, я не могу просидеть тут просто так из-за кого-то, кто не умеет ездить.

Я не смотрю на мужчину, но имею в виду, конечно, именно его.

И он это понял.

Я чувствую его взгляд. Цепкий, изучающий, невозмутимый. Нахальный.

Он смотрит и слушает меня с интересом. И его это развлекает.

Я развлекаю…

— Эй, прекрасная ворчунья, — голос звучит низко, с хрипотцой, и я впервые поднимаю на него взгляд.

И зря — сразу попадаю в плен удивительной глубины голубых глаз и дьявольского прищура.

— Я могу быстро улучшить твое настроение.

— Исчезнете? — спрашиваю с надеждой.

Едва заметная ухмылка:

— Подвезу тебя. Как только разберусь тут.

Я едва не икаю — он серьезно?!

— С чего вы решили, что поездка с вами улучшит мое настроение? — спрашиваю я, подчеркнуто «выкая» наперекор его фамильярному общению со мной.

— Потому что я имею свойство делать прекрасным все, к чему прикасаюсь, — самодовольно ухмыляется виновник, и всем видом говорит, что слова его — не пустой звук.

И есть в нем что-то, не позволяющее сомневаться в сказанном, но я не признаю этого хотя бы из упрямства. Хотя не только!

— Чего не скажешь об этом такси, — парирую язвительно: — Повезло еще, что ко мне вы не прикасались.

Глаза его сужаются.

— Это легко исправить.

Отвечает быстро и слова звучат как обещание.

По губам скользит усмешка — он как будто уже представил это в деталях. Я задыхаюсь от того, как попалась в собственную словесную ловушку.

— Так ты едешь, ворчунья? — спрашивает он без интереса. — Обещаю: только отвезу, трогать не буду. Если сама не попросишь…

— И не подумаю! — вспыхиваю я. — Я лучше пешком пойду, чем буду иметь дело с таким самоуверенным выпендрежником, который мог легко дать денег таксисту и отпустить нас, не задерживая, но предпочел вступить в перепалку с женщиной…