Книга Развод. Больше никто мы, страница 105 – Юля Шеффер

— Да, лучше, — признаюсь, прикрывая глаза, чтобы не щуриться на солнце, и у меня неожиданно вырывается: — Особенно сейчас.

Ляпнув это, резко открываю веки, чтобы убедиться, что я произнесла это тихо, и он не услышал. Но вижу, как серьезнеет его взгляд — услышал. Или прочитал по губам. Денис отрывает одну руку от штурвала и, коснувшись моего лица, убирает спутавшиеся волосы, открывая его.

От его прикосновения меня пробивает током. Слишком чувственно. Слишком волнующе.

Смутившись, опускаю взгляд, отворачиваюсь.

Денис убирает руку и сразу после глушит мотор. Катер резко замирает, будто втыкается носом в волну и чуть разворачивается носом к ближнему берегу. Но тишина кажется еще даже громче, чем шум двигателя.

— Я рад, что ты так чувствуешь. И рад, что ты это сказала.

Он садится на корточки передо мной.

— Можно вопрос? — спрашиваю почти шепотом.

— Задавай любой.

— Проверять, как сотрудники проводят свой заслуженный отдых — это твоя обычная практика? Почему о ней не предупреждают при приеме на работу?

Он смотрит так внимательно, так пронзительно, что я почти жалею, что спросила.

— Нет, это эксклюзив.

— Почему? — спрашиваю, и сердце останавливается в ожидании ответа.

— Потому что ты мне нравишься, Марьяна. Очень, — отвечает он так просто, что у меня перехватывает горло. — Потому что я хочу быть с тобой.

Внутри что-то обрывается. Это именно тот ответ, на который я рассчитывала, но не ожидала его услышать. Не надеялась. Это… слишком.

— Но ты же знаешь, что я… — начинаю я, но он перебивает:

— Знаю, — приподнимаясь, оказывается совсем близко ко мне. Непозволительно близко: — Знаю. И все равно хочу.

Губы почти касаются моих. Его рука ложится на мою щеку — горячая, твердая. Он не спешит, будто ждет, позволю ли я, и я позволяю. Закрываю глаза и касаюсь его губ своими. Осторожно, почти невесомо, но он не дает мне отстраниться — удерживает лицо в ладонях, углубляет поцелуй, и мир вокруг как будто расплывается. Перестает существовать.

Я слышу только его дыхание и шум воды за бортом. Наши губы двигаются в такт, языки исполняют какой-то дикий первобытный танец. Я не замечаю, как оказываюсь на ногах, прижатой к его сильному телу, руки сами ложатся ему на грудь — я ощущаю, как под ладонями быстро бьется его сердце. Мое бьется еще сильнее.

Когда он отрывается от меня, я все еще держусь за него, чтобы не пошатнуться.

— Ну вот, — улыбаясь, шепчет он мне в уголок губ. — Наконец-то.

Я смеюсь, чуть хрипло:

— Чему ты радуешься? Ты только что нарушил субординацию.

— К черту ее, — усмехается он и снова целует меня, уже смелее. — Я слишком долго ждал.

Он снова заводит мотор, мы снова мчимся вперед, нарушая спокойствие воды. Но теперь мы стоим у штурвала вместе. Он обнимает меня за талию, и я не перестаю улыбаться.

Я почти забываю обо всем, что тревожило и портило мне жизнь последнее время, обо всех болезненных переживаниях. Я отгородилась от этого павлиньим хвостом из брызг, позволяя себе быть счастливой, хоть бы сегодня. Хотя бы пару часов.

С ним.

Денис наклоняется ближе, целует меня в шею и спрашивает, почти касаясь губами уха:

— Помнишь, я обещал тебе, что поездка со мной улучшит твое настроение?

Кивнув, замираю — это было в нашу самую первую встречу, на дороге после аварии. Я нервничала, потому что спешила встречать своего нового босса, не представляя, что уже встретила его.