Книга Развод. Больше никто мы, страница 106 – Юля Шеффер

Он вновь целует меня в шею, и от его жаркого дыхания моя кожа покрывается мурашками.

— Я сдержал обещание?

Вновь киваю и поворачиваю лицо к нему:

— А еще хвастался что делаешь прекраснее все, к чему прикасаешься, — шепчу едва слышно, перестав дышать.

— Я врал, — твердо говорит он после продолжительной паузы. — На самом деле, я прикасаюсь только к тому, что прекрасно само по себе. Как ты…

Город как будто притих — раскаленный, ленивый, с запахом пыли в почти полном безветрии.

Днем мы с девочками на улицу даже не суемся, хотя они, конечно, хотят гулять, и, наверное, гуманнее — и логичнее — было бы оставить их на даче, но я не захотела так скоро вновь с ними расставаться.

И расставаться с Денисом не хотела тоже…

Не когда мы только-только открылись друг другу, обрели друг друга. Не тогда. И никогда.

Поэтому мы вернулись все вместе. Наташа была очень рада видеть уже знакомого ей «дядю Князева», а Арина — познакомиться с ним. Он очень быстро их очаровал. Как и меня когда-то…

Хоть я и не хотела долго это признавать. И признаваться самой себе.

Мой отпуск еще продолжается, но с Денисом мы видимся каждый день, он приезжает к нам после работы, мы вместе едем ужинать и гуляем допоздна. Иногда он возит нас купаться и катает на катере.

Том самом.

Вот и сейчас мы вышли во двор, чтобы дождаться его на улице — девчонки исстрадались от сидения дома весь день. Наташа с двумя подружками кидают друг другу по кругу легкий розовый мяч с пупырками, а я раскачиваю Аришу в качели-гнезде. Цепко держась за сетку под собой, она громко напевает:

«Несмотря на милое личико, алкоголичка, алкоголичка-а! Все, перевернулась страничка. Пока-пока, алкоголичка».

На словах «пока-пока», она делает соответствующее движение ручкой, актерски отыгрывая прощание.

Я уже почти не реагирую на ее сомнительный музыкальный вкус, хотя, когда услышала это пополнение в ее репертуаре впервые, пришла в ужас. К тому, что она перейдет с фиксиков на Артура Пирожкова, жизнь меня не готовила. И я готова были прибить Гордея за этот ее «апгрейд». Но теперь понемногу привыкаю, втайне надеясь, что в ее исковерканном исполнении песню никто во дворе не узнает, и не станет косо на меня смотреть.

— Останови! — кричит она, прервав пение, и указывает рукой в сторону Наташи. — Я тоже хочу иглать с мячиком.

Я хватаюсь за канаты, чтобы затормозить раскачивание, Ариша ловко спрыгивает с качели на землю и с визгом бежит в круг старших девочек. Они вряд ли хотят брать ее в игру, но выбора у них нет — решает Ариша.

Я иду следом на случай, если придется спасать положение, но в этот момент мое внимание привлекает черный джип, который останавливается у нашего подъезда — машина кажется знакомой…

И точно — из машины выходит Макс.

Тот самый Макс, который вместе с моим уже бывшим мужем строил империю автосервисов.

Тот самый Макс, чья милая дочурка разрушила мою семью.

Тот самый, который помог Гончарову кинуть меня на долю в бизнесе.

Тот… которому нечего делать в моем дворе.

Но, может, он вовсе не ко мне — кроме нашей, в подъезде еще пятьдесят девять квартир.

Остановившись, я жду, что он будет делать. Но чуда не случается — Каримов набирает на домофоне цифры нашей квартиры.

— Максим, — окликаю его.

Голос звучит спокойнее и холоднее, чем я чувствую себя на самом деле — его визит неожиданен. И… неприятен.